– Да ты чего, Кларка, мы только вернулись, полтора часа бродили – по такой-то погоде!
– Не спорь, Асятка! Мамочка сказала гулять – значит гулять. Правда, Шерочка?
Пудель от восторга завыл.
– Ну, ты хоть сумку-то оставь! – резонно предложила хозяйка, когда они выходили из квартиры.
– Не могу! – комично прижала дамскую сумочку к своей необъятной груди Клара Дубок, – всё своё ношу с собой!
От шумного Каширского шоссе дом отделял широкий газон без тротуара, как будто специально устроенный для выгула собак. Туда почти бегом и устремилась Клара Дубок, держа на поводке пуделя. Как только цель была достигнута, она отцепила поводок, лихо присвистнула, и Шерри припустил по траве, всё ещё не веря своему счастью.
И тут Ася остолбенела, увидев изменившееся лицо подруги.
– Слушай меня внимательно и не перебивай.
Теперь Клара Дубок являла собой деловитую служащую похоронного бюро, которая за деньги вынуждена быть собранной и организованной, в то время, как у её клиентов горе и полная неспособность соображать.
– Значит так – ты тут со своим Вадиком крепко попала. На меня в Детройте вышли очень серьёзные люди. Прикидываешь: где Детройт, а где вы с Вадиком? Им нужна его должность – срочно. Возникнут – пусть Вадик со всем соглашается.
Они так и сказали: если договоримся – жертв и разрушений не будет. Лично я поверила, захотели бы убить, нечего было бы меня в Детройте искать. Тот негр дал выигрышный лотерейный билет. А где бы я взяла деньги на поездку через Атлантику в Лозовую к больной маме? Мой Моня ничего не знает. Я так вас всех люблю! Асяточка, родненькая, рыбонька моя, они хотели напугать меня, и это им удалось. Теперь я хочу, чтобы напугалась ты, и вы с Вадиком сделали так, как хочет эта русская мафия. Чёрт с ним, с этим банком! Будете жить по-людски где-нибудь в Европе. А хотите – давайте к нам, в Детройт. Вон Ирка Гецкозик, только приехала, а уже – домина, как Кремль, четыре гектара земли, вся мебель кожаная, а по стенам вместо эстампов телевизоры. Вам надо тикать, и эта мафия поможет, у них к Вадику есть какой-то свой интерес. Не знаю, как там Моня сейчас без меня, плакал, когда уезжала. У меня через четыре часа самолёт на Харьков, через Киев. На денёк к маме и – обратно, больше не заеду, извини, подруга, негр не велел. Уматываю прямо сейчас.
Да какая там сумка, это – подарки! Если б ты знала, как они в Детройте ко мне подкатились! Пришёл сантехник, а Моня развозил чистое бельё на нашей дряхлой «субару». Этого негра я никогда раньше не видела, говорил, новичок. Ну, предложила ему стакан апельсинового сока, свежевыжатого, они, чёрные, любят, когда с ними по-людски. Я ж говорю: сантехник – отец родной, вечно где-нибудь подтекает, прорывает, стиральные машины пора менять, водомеры – барахло. Он присел, вежливый такой, интеллигентный.
Пригубил сок, осмотрелся, помолчал. И вдруг – как чесанёт по-русски! Я такого языка сроду не слышала, где он его только учил, «сударыня» да «сударыня». Он всё и объяснил, как нам с тобой теперь жить. Ушёл, а я думаю себе, – может, приснилось? А лотерейный билет на столе! А отпитый сок! А стиралки – все работают, ничего не подтекает. Выходит, не приснилось. Больше я того негра не видела, да он и не велел искать: «Это опасно для вашей безопасности». Ты представляешь их возможности! А сумма лотерейного выигрыша! Асяточка, мы теперь и все машины поменяем, и сушилку, и гладилку и пикап новый купим, а то у этой «субару» от старых хозяев уже колёса в разные стороны разъезжаются.
После экскурсии на остров Валаам, когда сбавили скорость и пошли по узким протокам и заливам Ладожского озера, в машинном отделении катера председатель правления банка «Ротор» Вадик Бирнбаум и получил предложение, отказ от которого означал неминуемое отбытие, как говорят североамериканские индейцы, в страну счастливой охоты.
– Вывезем мы вас цивилизованно, по еврейской визе, в Германию. Все документы оформят наши люди. Гарантируем полную секретность как всей подготовительной процедуры, так и организации самого выезда. Там сможете расслабиться: Желвак не станет тратить деньги на организацию акции за рубежом – скуповат.
Загримированный Шкипер продолжал:
– А в ФРГ мы с вами ещё поработаем – к обоюдному удовольствию и взаимной выгоде.
До отъезда живите спокойно, только не провоцируйте Желвака, он склонен принимать скоропалительные решения. Вы лучше меня знаете: «степенно, но мгновенно». Наши люди вас подстрахуют. Сейчас грянет дефолт, и Желваку будет не до вас.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу