Лев Пучков - Пасынки Джихада

Звонок я тоже предусмотрел — не на необитаемом острове живут, может, кто-то захочет пообщаться. Мобильники жены и дочки мы отключили, в прихожей стоял проводной аппарат — этакий навороченный, многоканальный, на два разных номера. Хорошо живёт полковник, некоторые и один-то телефон выбивают годами. К основному номеру было целых три параллельных телефона с радиотрубками: на кухне, в спальне и в зале.

Единственным кандидатом на роль дежурного по связи была тёща полковника. Потому что к тому моменту жена и дочка уже пребывали в таком состоянии, что не только не могли общаться с кем-то, но даже плохо соображали, что с ними происходит.

Усадив тёщу полковника у телефона в прихожей, я пообещал, что очень скоро мы уйдём, и предупредил её:

— Если вдруг кто позвонит — у вас всё нормально. Дочка в ванной, внучка ушла гулять. Если у вас хотя бы даже голос дрогнет — мы немедленно убьём их обеих. Понятно?

Ильяс тут же показал ей здоровенный мясорез — специально на кухне взял, для демонстрации.

Бабка, с ужасом глядя на нож, часто закивала. За этот час, что мы у них гостили, она в полном объёме успела проникнуться нашей нехорошестью. Когда тебя саму не трогают, а на твоих глазах крайне жестоко обращаются с близкими тебе людьми, а потом вдруг прекращают это грязное дело и заверяют, что скоро уйдут и всё будет нормально… Знаете, даже у самого конченого пессимиста в такой ситуации возникает радужная нелепая надежда, что скоро и в самом деле всё закончится и он, как это ни дико звучит, благодарен налётчикам хотя бы уже за то, что они прекратили терзать свои жертвы и — этакие славные и милые люди! — обещали скоро уйти совсем. В этот момент конченый пессимист готов расплакаться от радости и целовать своих обидчиков. Это что-то типа производной Стокгольмского синдрома.

Когда телефон зазвонил, я поднял трубку параллельного в зале, вернулся в прихожую и поощрительно кивнул тёще полковника. Она взяла трубку и стала разговаривать. Ильяс стоял в дверях зала, внимательно смотрел на неё и поигрывал мясорезом. Тёща полковника не сводила глаз с моего бойца, смотрела на него, как кролик на удава.

Звонил Руденко. Спросил, где жена, ответ «в ванной» принял безропотно, сказал, что он в сервисе и минут через сорок подошлёт ребят, чтобы они забрали машину. Там, мол, кое-что надо отремонтировать.

Тёща вела себя молодцом. Хотя, если полковник был бы повнимательнее, мог бы, наверное, заметить, что говорит она замороженным голосом и делает паузы, взвешивая каждое слово.

Я похвалил бабку: молодец, не подвела, теперь всем вам будет хорошо.

Увы, первые два приятных варианта «разруливания» проблемы с полковником отпадали. Оставался третий, самый опасный и отчасти непредсказуемый.

Что это за «сервис», в котором задерживается полковник, мы уже знали. Из разговора также стало понятно, что людей у них немного. Потому что из дивизии сюда доехать можно гораздо быстрее, чем за сорок минут. А сорок минут — как раз для того, чтобы пересечь город с запада на восток. То есть приедут сюда, скорее всего, те лихачи, что вязали полковника и двоих его приятелей, а потом убыли в сторону западной окраины. Видимо, чего-то там искали и не нашли. Что ж — бывает. Рано или поздно всё находится. Для этого нужно самую малость: знать места, где это «всё» лежит. Хе-хе…

А нам легче. Мы теперь знаем, что в контрразведке нам не придётся иметь дело с целым взводом особистов.

Я позвонил в военкомат — справочник лежал на столе в прихожей, потом в дивизию. Разговор с чиновниками меня удовлетворил. Всё оказалось не так страшно, как выглядело при первом рассмотрении.

Затем мы немного покопались в гардеробе полковника. Военной формы у него было хоть отбавляй, как это водится у хапуг военного профиля, достигших некоторого положения в своей сфере. Мы выбрали два новых комплекта «Ночи» — зимние куртки, кепи и штаны. Облачились. Ильясу всё пришлось впору, как будто специально на него подбирали, Артур — так себе, ни рыба ни мясо, а на мне всё висело мешком. Посмотрелся в зеркало — натуральное военизированное чмо первого года службы. Ильяс хихикнул, даже тёща полковника вымученно улыбнулась. Своим внешним видом я остался доволен. Чем менее боевито ты выглядишь, тем больше шансов у тебя избежать целого ряда неприятностей, которые могут свалиться на «крутого парня».

Всё, пора убираться отсюда.

— Подежурь на крыше, — скомандовал я Ильясу.

Ильяс с сомнением покачал головой, но возражать не стал — отдал мне мясорез и вышел.