Джерри Эхерн - Канадский гамбит

— М-м-м… — задумчиво промямлил Фрост. — Я слежу за вашими рассуждениями. Вполне одобряю выводы. Но что же дальше?

— Теперь, маэстро, возникает новый карамболь. Выродки своего добились. Получили не только доктора, но и его чадо. Отныне мерзавцы могут рассчитывать на подробнейшие сведения касательно бомбардировщика.

— По-прежнему считаете, что самолет намереваются выкрасть? — спросил Фрост.

— Пожалуй. А при неудаче — изгадить до полной непригодности. Знаете, сколько времени потребуется, чтобы создать второй опытный образец?

— Кража плутония. Ваши выводы?

— И об этом проведали? — О’Хара насторожился.

— Элизабет рассказала, — пояснил Фрост. — Она репортер и поневоле знает о подобных вещах.

Бесс еле заметно улыбнулась и положила щеку на плечо наемника.

— Напрямик связывать покражу с намеченной диверсией не могу, но совпадение маловероятно. Здесь уже не первую неделю приключаются странные стечения обстоятельств. Чрезвычайно странные.

— По-вашему, господин О’Хара, — вмешалась Элизабет, — нас опередили намного?

— По-моему, да.

— Кстати, я что-то не слыхал, как налетчики отваливали от берега, — задумчиво произнес Фрост. — Мотор гремел бы вовсю.

Ирландец перелистал небольшую записную книжку, отыскал нужную страницу, сказал:

— Три недели назад… Угнали восьмиместный катер, на этой же реке. Именно такой, пожалуй, им и требовался: вместительный, сравнительно маленький, прыткий. Один стационарный и два навесных мотора — на случай непредвиденной нужды. Ох, и жрут же горючее, должно быть!

— Вот-вот… Но я должен подумать…

— А далеко успели они, по-вашему, убраться? — спросила Элизабет.

— Скорее всего, нет… — начал было О’Хара.

Фрост вмешался:

— Они могли запастись двумя десятками больших канистр. Достанет на много миль.

— Верно, — согласился О’Хара.

Окончилось утро, миновал день, близился солнечный закат, а надувная эйвоновская лодка продолжала скользить по водной глади. Всякий раз, когда трое членов экипажа подмечали на берегу пригодное для высадки место, Фрост сбрасывал обороты, и три пары глаз внимательно выискивали следы преследуемого катера.

Притоков было в избытке, но мелководных и узких, неспособных пропустить судно с достаточно большой осадкой. Надлежало мчаться вперед, и только вперед.

Туда, где в руках террористов находился Кевин, влекомый на свидание с отцом — однако отнюдь не такое, на которое мальчик рассчитывал раньше. Чильтону-младшему предстояло сделаться простой отмычкой, способной вскрыть секретный сейф… Убедить, заставить Чильтона-старшего разговориться.

А что случится с мальчиком впоследствии?

Ответ был очевиден для наемника. Да и для ирландца, безусловно, тоже. Если Элизабет предполагала истину, то скрывала свои подозрения с редким хладнокровием и мужеством.

Скорее всего, грустно подумал Фрост, судя по знаменитой на весь мир изобретательности людей Баадер-Мейнхофа, обоих — и сына, и отца, доставят прямиком к домашнему порогу. Изрешеченных, истерзанных, вполне и совершенно мертвых.

Вечерняя темнота спускалась над водами. Фрост поплотнее запахнул парку, но озноба отчего-то не поубавилось…

Таиться далее было ни к чему, ежели кто-либо из КККП, до сих пор не получившей радиограммы от ирландца, и лихорадочна разыскивавшей Фроста, Бесс, О’Хару и Кевина, заметит костер — тем лучше. А если их обнаружат террористы, задача поисковой группы лишь облегчится…

Бесс наскоро заваривала кофе, а Фрост лежал на подстеленном одеяле, опираясь на локоть и разглядывая подругу. При этом наемник непроизвольно стискивал и разжимал кулаки: несообразный с нежным взглядом жест, однако краешком сознания Фрост продолжал думать о Кевине и похитителях, а полностью укротить естественную в подобном случае злость — попросту не в человеческих силах.

О’Хара чистил свой внушительный револьвер и еле слышно мурлыкал старинный ковбойский мотив. Еще раньше Фрост увидел, что смит-и-вессон, подобно его собственному браунингу, хромирован, и мысленно поставил ирландцу пятерку за сообразительность. Вороненая сталь очень устойчива к влаге и прочим неблагоприятным воздействиям, однако хром защищает еще надежнее.

О’Хара начинал положительно нравиться Фросту. Наемник не слишком-то жаловал государственные службы и сотрудников, работавших там, но ирландец явно отличался от себе подобных в лучшую сторону. Спокойный, отважный, знающий дело — и начисто лишенный снисходительного высокомерия федеральных агентов.