Джерри Эхерн - Поступь смерти

Источники, близкие к начальнику Службы безопасности президента Хобарту Таунсу, сообщают, что президент Роман Маковски собирается обсудить с руководителями «Фронта Освобождения Северной Америки» пути возможного компромисса и восстановления спокойствия в Соединенных Штатах. Таунс прочитал речь президента, где он обращается к американскому народу с просьбой молиться и активно сотрудничать с администрацией в ликвидации шайки «Патриотов», из-за которых насилие затопило страну.

Дмитрий Борзой выключил радио и свернул на оживленное шоссе.

К десяти часам утра, когда стало ясно, что дальше невозможно объезжать дорожные заставы, они решили бросить машину, которую им дали Боб Амато и Руфь Лидс, и идти пешком до следующего пункта встречи. Рози Шеперд переоделась в свитер, джинсы и кроссовки. Несколько часов они шли молча, изредка останавливаясь на короткий отдых, чтобы переложить сумки из руки в руку.

Но в середине дня Рози, подавленная тем, что Дэвид постоянно молчит, предложила:

— Может, мы на несколько минут остановимся и по едим? У меня есть сандвичи, которые оставила нам Руфь.

— Я думал, на сандвичи не хватило места.

Она засмеялась. По крайней мере, Дэвид попытался пошутить. С тех пор, как они казнили двоих «ударников». Дэвид стал очень угрюмым. Она пыталась убедить его, что не стоит себя обвинять, но он ничего не отвечал, думая о чем-то своем.

Они поставили сумки на землю, Дэвид подошел и обнял Рози. Женщина стояла, закрыв глаза и положив голову ему на грудь. Внизу, в долине, дымчатые клочья тумана плыли между красноватых холмов, окруженных черными, пустыми полями и белыми домиками, которые казались игрушечными, вроде тех, которые продаются для детской железной дороги.

Все казалось ненастоящим.

Игрушечный поезд пересекал долину по игрушечным рельсам. Она чувствовала себя, как маленькая кукла, жизнь которой зависит от каприза ребенка. Он мог выбросить ее на свалку и забыть о ней, а мог соорудить для нее домик и придумать особую кукольную жизнь.

Он никогда особенно не любил вечеринки с переодеваниями. На таких маскарадах, когда его друзья одевались как привидения, монстры или как ковбои с экрана, он оставался в стороне. Конечно, ему нравились и конфеты, и яблоки, но подсознательно он не хотел притворяться тем, кем он не был, даже для веселья.

Но теперь ему второй раз в жизни пришлось надеть чужую личину. Первый раз привела его на маскарад жена (по которой он очень скучал, и которая вместе с детьми скрывалась под защитой Рокки Сэдлера). Мужчины были одеты, как Зорро или как индейцы, или раскрашены, как дикари. Стил надел старый черный костюм, припудрил волосы детской присыпкой, набил карманы арахисом и заявил, что он оделся как Джордж Вашингтон.

Сегодня тоже был маскарад. Правда, никакой присыпки, никакого арахиса, а просто самая старая и поношенная одежда, которую он смог найти в лагере «Патриотов», а также веник, совок, ведро, тряпки и щетки. Сегодня он играл роль уборщика в научной лаборатории.

Настоящий уборщик сам был «патриотом» и, притворившись больным, позвонил и сказал, что сегодня вместо него придет убирать его двоюродный брат. Руководство лаборатории, конечно, согласилось, потому что найти человека на вечернюю работу, а тем более на уборку лаборатории, которая делала анализы крови для всех крупных поликлиник, было не просто.

Лютер Стил предъявил свои водительские права и разрешение на передвижение ночью — все, кто работал ночью, должны были иметь такое разрешение в районах, где объявили чрезвычайное положение — и его впустили внутрь.

Чтобы у настоящего уборщика не было никаких проблем, Лютер старательно вытер пыль, вытряхнул и протер все пепельницы и урны и аккуратно везде подмел.

Примерно к одиннадцати ночи он навел порядок во всем здании, не трогая пока холла и крыльца. Еще раньше он запомнил, как двигается охранник. Хотя у Лютера было примерно пятнадцать минут времени, он ограничил себя десятью. Он специально не закончил уборку, чтобы, если охранник войдет внутрь, у него было оправдание, почему он до сих пор возится.

Лютер Стил покатил свою тележку с мусором в главную лабораторию. Он вошел и включил свет. Надо было убрать и здесь, но имелась и другая причина зайти сюда. Он оставил тележку прямо возле входа, быстро протер часть пола и отложил тряпку.

Потом подошел к ближайшему лабораторному столу. На столе, на специальной подставке, стоял достаточно мощный микроскоп. Стил подошел к микроскопу и достал из кармана своих потертых джинсов спичечный коробок.