Евгений Сухов - Побег

— С Игнатовым не все так просто, — заговорил Беспалый, пристально глядя в лицо Артамонову. — Наутро, после подавления бунта, мы недосчитались одного заключенного. Сначала мы думали, что он где-то в зоне — может, убит, может, ранен, отлеживается. На всякий случай и окрестности вокруг прочесали — никаких следов. Только вчера вот, накануне моего вылета в Москву, я узнал, что в восьмидесяти километрах на север от колонии произошло убийство… Какой-то бродяга с автоматом «Калашникова» налетел на туристов в лесу. Одного убил, одного ранил. Судя по описаниям свидетелей, это мог быть Игнатов. Приметы совпадают.

Беспалый видел, как блеснули глаза Артамонова, как оживилось, посветлело его лицо, как дернулась его рука. Попался, генерал! Генерала это сообщение явно обнадежило, обрадовало. Выходит, генерал корешится с вором в законе, со смотрящим по России Варягом! Вон оно как! Интересно, знает ли об этом тайном союзе таинственный Коля, с которым еще предстоит встреча…

— Вы хотите сказать, Александр Тимофеевич, что Игнатов мог совершить побег?

— Я этого не исключаю. Я же говорю, что после подавления бунта на следующее утро я провел общую поверку — выяснилось, что Игнатова нет. Не было его и среди погибших.

— То есть как? Вы же ночью, во время бузы, доложили, что Игнатов убит.

— Да, верно, я по телефону доложил генералу Калистратову об этом со слов моих подчиненных, которые видели, как Игнатову, прямо на баррикадах, в голову попала шальная пуля. Повторяю, во время поверки выяснилось, что Игнатова среди заключенных действительно нет. Но и при осмотре трупов я не смог вынести однозначного заключения, что среди них есть Игнатов. Трупы были обезображены.

— Почему?

— Их обезобразили, я думаю, намеренно. По чьему-то указанию. Возможно, с целью ввести расследование… меня… в заблуждение.

— То есть вы хотите сказать, что Игнатов, возможно, жив и на свободе…

Беспалый снова подивился своей сметливости: надо же, генерал-то даже не поинтересовался другими убитыми — как ему, видно, дорог этот Варяг!

— …и, возможно, ищет связи там у нас с кем-то из своих, — закончил Беспалый мысль генерала.

Артамонов вернулся к столу и забарабанил пальцами по полированной доске.

— Товарищ генерал, — тихо заговорил хитрец Беспалый. — Мне бы не хотелось завтра на коллегии вникать в эти детали. В моем рапорте написано, что заключенный Игнатов погиб в перестрелке. Дело в том, что я составил рапорт до того, как мне стало известно об этих обстоятельствах с туристами.

Артамонов усмехнулся.

— А вы непростой человек, Александр Тимофеевич, очень непростой.

Беспалый позволил себе тоже улыбнуться.

— Простые, Кирилл Владимирович, с ружьем стоят в ночном дозоре.

Артамонов оценил, остроумие гостя. Он явно колебался, обдумывая какую-то просьбу. Беспалый следил за его глазами. Ну вот, соколик, решился наконец.

— Александр Тимофеевич, я вам… вот что хотел бы… посоветовать. Завтра на коллегии… — Тут генерал передумал и спросил. — А что, генерал Калистратов интересовался судьбой Игнатова?

— Так точно, товарищ генерал, интересовался, — иронически ответил Беспалый. — Очень даже интересовался. Он и раньше-то звонил чуть ли не каждую неделю.

Артамонова это сообщение весьма заинтриговало.

— И чем же он конкретно интересовался?

— Здоровьем заключенного. В основном.

— А разве у Игнатова так было плохо со здоровьем? — И тут Беспалый решился на рискованный шаг. Но ведь как известно, кто не рискует, тот не пьет шампанского.

— Генерал Калистратов советовал, чем лечить заключенного Игнатова. И мне приходилось строго следовать его рецептам.

— Вы говорили, что Игнатов был сильно ослаблен, когда прибыл к вам в колонию, — задумчиво заметил Артамонов.

Беспалый попер напролом.

— Мне кажется, его сильно ослабили лекарства, прописанные… генералом Калистратовым.

— Ясно. Александр Тимофеевич, вы знаете, какая у меня должность?

— Так точно, товарищ генерал!

— Что, если я попрошу вас оказать мне одну услугу? Вернее, не мне лично, а мне как начальнику спецуправления собственной безопасности МВД.

— Служу Сове… России! — шутливо отрапортовал Беспалый.

— Вы не могли бы составить мне бумагу о ваших телефонных разговорах с генералом Калистратовым? Просто запись бесед. Без подписи, без шапки. Голый конспект. Самую суть.

Беспалый потупил глаза и многозначительно произнес:

— Я полагаю, эта просьба не идет вразрез с моим служебным долгом…