Александр Галин - Стена

Уборщица. Что же с вами делать? Ну, ложитесь здесь на диване…

Михеев. Посреди гостиницы? Я раздеться хочу.

Уборщица. Соня!

Дежурная показалась в дверях своей комнаты.

Посели ты его… Действительно, что он мучается.

Дежурная. Вера, здесь театр… Ты что, забыла?

Уборщица. Раз люди приехали, надо их устроить по-человечески.

Захарьянц. Хорошо говоришь. Нельзя над людьми издеваться. (Дежурной.) А ты как собака от ворот всех отгоняешь! Это я тебе говорю, бессовестная!

Дежурная (плачет). Я не бессовестная…

Уборщица. Сонечка, дорогая… пойдем домой, просила же я тебя. Мы, две старые идиотки, высидели здесь месяц… Пойдем.

Дежурная. Не могу… Для вас он главный, а для меня — муж.

Уборщица. Соня, я все понимаю, но сил больше нет.

Вышел Фима. На плече аккордеон.

Лузин… Где ты был, Фима?

Фима. Здесь.

Лузин… Я тебя не видел.

Фима. Уже выезд?

Лузин. Сорвались гастроли. Всё! Мы без нее ничего не можем. Фима, она ушла. Ее больше нет. (Плачет.) Ты видел, я носил ее на руках. Она пела в кинотеатре. Я вытащил ее, одел… Ты знал, сколько ей лет? Нет. Она два раза теряла паспорт… Она моложе меня, но разве я старик? Я делаю гимнастику… купаюсь в холодной воде… Я любил ее, Фима… Зачем я сюда приехал?

К плачу Дежурной прибавляется плач Лузина.

Представитель. Про что все-таки пьеса?

Овцов. Кто же это такой в халате? Как это — зачем приехал? Строить цементный завод.

Лузин. Если бы мне сказали, где она, я бы заплатил тысячу рублей.

Захарьянц. Слушай, дорогой, ты опять про деньги заговорил. Я за тобой наблюдаю, ты неправильно себя ведешь. Что ты в самом деле: деньги, деньги… подумай о жизни, о небе, что нас с тобой окружает… Вот мой средний сын… он совершенно лысый… так работает голова… Смотрит в телескоп… целыми ночами… принесу ему поесть… спрошу: «Что ты туда смотришь, сынок?.. Двадцать лет подряд смотришь?» Он мне начинает объяснять про звезды… Я ничего не понимаю… Тогда однажды он мне ответил: «Отец, я там ищу бога! Нашего с тобой общего бога, от которого все началось». Сынок, говорю, бога там нет. Бог людей с нами на земле. Он понимает нас… прощает наши грехи, дает силы перенести лишения. Отец, говорит мне сын, люди — это боги, они произошли от звезд. Это доказано наукой. Все мы, говорит, звездные братья… Смотри туда почаще… Ищи бога!

Лузин… Я туда смотрел, старик. У меня была любовница, администратор планетария… Я был молод… приносил ей в январе помидоры… Мы включали перед собой карту звездного неба, запирали планетарий, и я путешествовал в ракете. Она была большая фантазерка. Сначала представляла себя марсианкой, потом, что она с Венеры. За ночь я должен был облететь всю Солнечную систему… Я был молод… на это хватало сил… Все! Остаток дней придется провести на земле. У меня есть сбережения. Не так много, но я смог бы купить эту гостиницу. Чего ей не хватало? Обидно, понимаешь? До боли, до слез.

Захарьянц. Слушай, ты купи гостиницу. Потом разбери ее на кирпичи. Из них построй большой забор. На воротах напиши: «Здесь живет человек. У него I ничего нет».

Лузин. Ничего…

Захарьянц. Подойдут люди. Прочитают и скажут: «У него ничего нет. Пойдем к тем, у кого что-то есть». Это плохие люди. Остановятся другие. Тоже прочтут и скажут: «У него ничего нет. Может быть, ему что-то нужно?» Войдут, а ты скажи им: «Будьте; моими друзьями. Есть у меня сердце — оно ваше».

Лузин. Золотые твои слова. Так могла сказать одна! женщина на свете — моя первая жена… Она голодала со мной… Верила в мою звезду… Я бросил ее… Потом уже бросали меня! Я один. Женщин было много, а жены с тех пор нет. Всем им нужен администратор Лузин. Деньги, банкетные залы, литерные места… Я думал поездить год-другой. У меня тоже есть дети. Скажу — здравствуйте, дети, я ваш блудный отец, соберу всех детей, кончу эту собачью жизнь…

Захарьянц. Целомудренно говоришь. Собери детей, собери…

Лузин. Все-таки к кому она ушла?

Захарьянц. Собирайся в дорогу. Иди, ищи ее. Какой ты номер занимаешь? (Радостно Дежурной.) Женщина, вот тут у этого человека освобождается, номер.

Уборщица. Поселим мы вас…

Лузин. Фима! Едем домой! Я закончил карьеру. Прощайте кассиры и ревизоры. Софа, до свидания… Едем Назад в Воронеж!..