Ты был там героем, ты совершал кучу подвигов и побеждал врагов и злодеев.
Ведь бало такое?
Ещё один утвердительный кивок (а глаза такие добрые-добрые).
- А теперь представь, что твоя мечта вдруг осуществилась и ты стал тем, кем хотел. Ты стал героем. Всё зависит только от тебя. Нет больше родителей, нет назойлевых учителей, нет твоих врагов - таких же пацанов как ты, которые постоянно издеваются над тобой. Ты живёш в том мире.
Вокруг тебя друзья, ради которых ты готов положить собственную жизнь. Там ты можеш повстречаться с дядей Стёпой и Алисой, Страшилой или Снегурочкой.
Ты можеш сразится с Кащеем Бессмертным или оседлать Змея Горыныча.
- А разве такое бывает? - спросил меня ошарашеный мальчишка.
- Бывает ещё и не такое. Это только один из ответов на твой вопрос, малыш. Но слушай дальше. Представь себе, что целый день ты дрался в окружении врагов, что ты уже второй день нормально не ел и не спал. Ночью ты провалился в болото, утром упал в крапиву, а днём тебя вкровь искусали комары. Но вот наступает вечер, неприятель ушёл. В лагерь плетутся твои уставшие боевые товарищи. Горит костёр, раздаётся горячая каша, твой друг мажет тебе руки медицинской мазью. Боль и голод постепенно уходят. Остаётся только чувство, что не зря ты прожил этот день. Что ты крут, и хоть и мал ростом, но сегодня положил врагов не меньше, чем твои старшие друзья.
Начинаются воспоминания, ты хвастаешся своими подвигами, табя хвалят и хлопают по плечам, и даже те люди, которых ты сегодня утром совсем не знал, вдруг становятся такими родными...
Я посмотрел на карапуза, не утомил ли я его своим рассказом? Да вроде нет. Малыш молчал, уставившись в землю, а Сникерс, про который он похоже забыл, начал медленно таять на солнце.
- Но, пожалуй, вернёмся непосредственно к профессору...
- К кому?- вдруг вышел из летаргического состояния наш герой.
- А гкх-м,- вырвалось из моей благородной груди, после чего мне пришлось коротко рассказать биографию Толкина.
- Понятно? - спросил я его.
- Понятно, - ответил он (карапуз).
- Так вот, благодаря Толкину, появился целый мир. Мир, в который влюбились с первого взгляда десятки тысяч людей. Кроме молодых романтиков он покорил сердца и души очень многих серьёзных дядей и тётей. И всем этим людям захотелось, как и тебе, пожить в их любимом мире. Так появились Игры.
Я ещё раз затянулся.
- В нашем мире не всегда можно однозначно сказать - злое это дело, или нет. Благодаря профессору, благодаря Играм, через этот вполне реальный мир люди учатся понимать. Понимать себя, других, понимать жизнь. Помниш я тебе в начале говорил о добре и зле? Люди учатся делать добро и бороться со злом...
Папироса потухла, я выкинул её и зажёг новую.
- Впрочем, ты сам всё можеш понять. Ты никуда не спешиш?
Парень отрицательно мотнул головой.
Я вздохнул и начал:
- Был Эру, Единый, кого в Арде называли Илюватором...
Прошёл час, может два, а может и три. Я говорил и говорил, уставившись в низ, на всё возрастающую гору окурков. Я понял, что пора заканчивать, когда уже начало смеркаться.
- Вот так-то,- сказал я тогда и наконец оторвав взгляд от окурков посмотрел на карапуза.
Карапуза не было. Вместо него стоял маленький человечек с маленьким мечём, босиком и в поношеном плаще. Лицо у него было серое и худое. Он устал.
- Здравствуй, Фродо,- сказал я.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза.
- Пошли,- сказал наконец Фродо.
- Куда?
- Домой.
- Домой?
Я огляделся. Города больше не было. Была пыльная дорога, с одной стороны которой был лес, с другой поля. В далеке, на полях, виднелась небольшая группа хобитов. Оттуда еле слышно раздавалась песня. И только как-то странно и неестественно выглядели тролейбусные провода, без всяких опор протянувшиеся над дорогой.
- Убери их,- попросил я.
- Зачем, это будет память о том мире. Мире, который был когда-та нашим.
Фродо развернулся и пошёл по дороге.
Вытащив и развернув оружие, я помчался его догонять, оставив рюкзак валяться в пыли. Извини, брат ,- подумал я.
МЫ ШЛИ ДОМОЙ.