Мехри-ханум, наконец, согласилась:
Ахмед-хана дочь, — внемли, —
Я как звезда горю вдали.
Согласна я, ты сватов шли…
Эй, чужеземец, уходи!
Кюрдоглу признался ей во всем:
Зовусь людьми я — Кюрдоглу.
Сын родины, — душа в пылу.
Я храбр, как волк, — сын Кероглу,
Приехал увезти тебя.
Все было сказано. Мехри-ханум взяла кувшин и пошла, а Кюрдоглу поворотил коня и поехал следом за ней.
Приблизились они ко дворцу. Открыла Мехри-ханум одну из дверей и вошла. Кюрдоглу понял, что это дворец Ахмед-хана. Ну, и как говорится, не ленясь, подъехал прямо к ханским воротам.
Бросились ферраши [132]донести хану, что приехал какой-то юноша, выглядит он так-то и так-то и хочет видеть хана.
Ахмед-хан разрешил, и Кюрдоглу провели к нему. Вошел Кюрдоглу, поклонился. Ахмед-хан ответил на поклон. Когда же, по приглашению хана, Кюрдоглу сел, повернулся к нему Ахмед-хан и спросил: — Ну, игид, говори, что тебе нужно?
Кюрдоглу с детства не любил кривить душой и говорил всегда все напрямик. Что бывало у него на сердце, то и на языке. Вот он и сказал:
— Ахмед-хан, пришел я просить отдать за меня, по велению аллаха и по законам пророка, дочь твою Мехри-ханум.
Увидев саз за плечом Кюрдоглу, Ахмед-хан подумал, что он ашуг, и сурово сказал ему:
Смотри, в беду ты попадешь.
От сделки откажись, ашуг.
Мне речь твоя не по душе.
От сделки откажись, ашуг.
Послушаем, что Кюрдоглу ответил хану:
Придется бой мне начинать.
Отдай Мехри, тогда уйду.
Тебе немилым станет свет.
Отдай Мехри, тогда уйду.
Ахмед-хан предостерег самонадеянного ашуга:
С чем ты пришел и что даешь?
Что обещанья стоят? Грош!
Хоть любишь, милую, а все ж
От сделки откажись, ашуг.
Кюрдоглу потребовал:
В моей душе бесценный груз.
Я с трусами не подружусь.
Моей стрелы узнаешь вкус,
Отдай Мехри, тогда уйду.
Ахмед-хан опять пригрозил ему:
Несчастье ждет тебя, смотри.
Блеснет стрела в лучах зари.
Нет, не отдаст отец Мехри.
От сделки откажись, ашуг!
Кюрдоглу твердил свое:
У Кюрдоглу и слава есть
И щит, и меч кровавый есть,
И в сердце пламень лавы есть.
Отдай Мехри, тогда уйду!
Ахмед-хан снова повторил без саза то, что сказал под саз:
— Дочь свою я за тебя не отдам. С чем пришел сюда, с тем и уходи.
— Я Кюрдоглу! Пока не получу Мехри-ханум, никуда не уйду.
Такая надменность Кюрдоглу заставила Ахмед-хана усомниться, — ашуг ли перед ним.
— Коли ты так кичишься, скажи прежде, кто ты таков? Откуда приехал и куда держишь путь?
Прижал Кюрдоглу к груди свой саз и ответил:
Знай, Ахмед-хан, чрез Дагестан
Мой путь лежать был должен.
В руках мой меч, но горя меч
Меня терзать был должен…
Мой щит — защита хороша:
Заплачешь в страхе, не дыша.
Средь гор — печаль Араб-паша
Мою унять был должен.
Я, смелый Кюрдоглу, — и вот
Рука тяжелый меч берет.
И в Ченлибель мой путь ведет —
Отца встречать я должен!
Услышал Ахмед-хан про Ченлибель и призадумался. Верно, это один из удальцов Кероглу, решил он. Мигнул он своим людям, и человек пять-шесть набросились на Кюрдоглу.
Увидел Кюрдоглу, что Ахмед-хан повернул дело по-иному. Тотчас вспомнились ему слова матери. Понял он, что Ахмед-паша один из врагов его отца.
Взялся Кюрдоглу за меч и начал калечить стражу хана.
Видит Ахмед-хан, — дело плохо. Кое-как пробрался он к двери, вышел и кликнул свое войско.
Со всех сторон налетели воины Ахмед-хана. Тогда и Кюрдоглу, не мешкая, бросился из дворца. Рубя мечом направо и налево, добрался он до своего коня. Вскочил на него и кинулся на войско.
Воины пешие, а Кюрдоглу конный! Стал он одного за другим колоть, и рубить. Сражаясь так, повернулся он к Ахмед-хану и пропел:
Скажу тебе, мой Ахмед-хан, —
Я еду, еду в Ченлибель!
Меня увидев, никнет враг.
Я еду, еду в Ченлибель.
Как лев, залягу среди скал,
Чтоб мой аркан легко взлетал,
Чтоб враг в мученьях погибал.
Я еду, еду в Ченлибель.
Покорен матери во всем.
В разлуке я с моим отцом.
Сын Кероглу — своим путем
Я еду еду в Ченлибель!
Приказал Ахмед-хан и своим воинам сесть на коней. Бросились они к коням. Увидел это Кюрдоглу и запел:
Пришпорьте коней, начинается бой
Суровый в округе сегодня.
Окрасятся кровью сады и поля,
Пройдем луг за лугом сегодня.
Читать дальше
