Игорь Носовский - Unknown

По городу вновь шерстили городские гвардейцы, которые все еще искали беглого полукровку и его спутника, тоже южанина. Странные вещи происходят. Орден Духа и Меча объявил, что в Худом Квартале этот странствующий бард занимался ворожбой. Якобы даже пострадали рядовые гвардейцы. О магах в Эндердале не было слышно уже долгие столетия. Церковь отлично позаботилась об этом, искоренив целые Ордена и загнав их в подполье. Другое дело Юхар, служащий пристанищем для всех, кто имеет хоть какое-то отношение к магии. Миртэл Тольберт был в этих делах несведущ, но отец всегда говорил ему, что самый могущественный институт Эндердаля – это церковь. «Они и магов победили, а уж остальные им и в подметки не годятся». Миртэл все же надеялся, что с полукровкой из Юхара вышла какая-то ошибка. Возможно какой-то монах с пьяных глаз разглядел в нем мага… А возможно наступает новый период, в котором церковь и маги сойдутся в очередной битве. Княжескому гвардейцу было не до этих мыслей, и он отогнал их прочь.

Князь Онор всю дорогу рассказывал Людвину Амильтону анекдоты, предлагал выпить, но тот наотрез отказывался, да и смеялся редко, так лишь для приличия. Когда кортеж приближался к кварталу Легилль, Миртэла Тольберта нагнал княжеский брат. Маршал Филтон Легилль, облаченный в турнирные доспехи, поприветствовал его и проговорил:

- Славный был бой, не находите?

- И в правду, славный, - согласился Миртэл Тольберт. – Под стать бойцам.

- Знаете, капитан, - задумчиво сказал герцог. – Я проникся к вам уважением сразу, как только получил письмо от Адри Лострикса. Я слишком хорошо знаю этого человека. Он никогда не стал бы просить за кого попало. Согласитесь, что вам несказанно повезло. Случай вознес вас на столь высокий пост в столь юном возрасте. Я уверен, что у вас большое будущее.

- Благодарю, ваше превосходительство, - поклонился княжеский гвардеец.

- Нынешняя власть неустойчива, - продолжил герцог. – Еще не раз в будущем могут возникать попытки свергнуть ее. Я лишь хочу дать вам напутствие: никогда не сомневайтесь. Вы присягнули моему брату и должны умереть за него, если понадобится. Раз уж Единый уготовил для вас этот путь, следуйте ему до конца.

Маршал кивнул и устремился вперед, опережая колонну. Миртэл Тольберт проводил его взглядом. Нет, такой человек не может участвовать в заговорах и мятежах. Он предан своему княжеству и его владетелю. До конца своих дней он будет осознавать, что его место занято старшим братом – распутным и бездумным. Но никогда он не поднимет меч на свою кровь.

Показались башни замка Тиобальдова Мачеха. Дозорные отсалютовали своему князю. Оранжевые шпили с развевающимися на ветру стягами вонзались в пасмурное небо. На стенах бродили лучники – еще одно дополнение для безопасности Онора Леггиля. У конюшен дворян ждали их конюхи и пажи. Те, кто отдавал коня, тянулись к главному входу в замок, стараясь побыстрее попасть в сухое место и отведать согревающего вина. Миртэл Тольберт, отпустив князя в Пировую Залу, остался дежурить у входа вместе с двумя городскими гвардейцами. Он лично проверял, чтобы даже самые приближенные к князю лица сдавали оружие. Мечи, кинжалы, молоты, булавы – все это поблескивало в углу, превращаясь в безмерную кучу металла и дерева. Промокшие, словно утки, дворяне двигались дальше, оставляя за собой мокрый след.

Когда с формальностями было покончено и последнего гостя проводили на пир, Миртэл Тольберт позволил себе спуститься к остальным. Просторный зал с тремя огромными люстрами наверху, с каменными стенами, увешанными портретами правителей из дома Легилль, встречал гостей музыкой. Менестрели натягивали струны, дураки бегали по залу, забавляя гостей. Стол был один – длинный и высокий, он мог вместить больше ста человек, однако и половина его не была занята. Во главе сидел князь Онор, рядом с ним расположился победитель – Людвин Амильтон, а с другой стороны брат – герцог Филтон Легилль. Миртэл Тольберт занял свое место позади князя и Онор Легилль, будучи в прекрасном расположении духа, браво поприветствовал своего гвардейца.

Барон Эриц Рикмун налегал на вино, запивая горечь своего поражения. Братья Фоготы были сдержаны и учтиво общались с какими-то баронами из Глэндэля. Турин Эмельгем из Тиринбора выглядел подавленным. Он сидел рядом со своим маленьким племянником по имени Альвер и глаза его были опущены. К вину и еде он не притронулся. Звучали тосты за князя Амильтона, за князя Легилля, за прекрасный турнир, за Эшторн, за Эндердаль. Пару раз кто-то даже крикнул «за короля», однако все восприняли это как шутку. Кто-то попросил Людвина Амильтона показать свой новый меч, но князь сделал вид, что не расслышал.