L.A. Casey - Bronagh

— Тебе не позволено мне поддаваться. Это честная игра.

Подняв на меня взгляд, Доминик подмигнул.

— Я поставлю тебя на колени, малышка.

— Ммм, на колени перед тобой? С радостью.

Мигом загоревшиеся глаза Доминика впились в меня, на что я лишь усмехнулась.

Я махнула ему.

— Ну, давай, покажи мне, на что способен.

Повернувшись ко мне спиной, Доминик встал перед нашей дорожкой. Он отвел руку назад, а затем махнул ею вперед и выпустил шар. Я выпрямилась на стуле, наблюдая за тем, как шар со скоростью света пролетел по дорожке и сбил кегли по центру, силой удара заставив упасть и все остальные.

— СТРАЙК! — прогремела машина.

— Проклятье, — пробормотала я и поднялась со своего места, готовясь к своей очереди.

С самодовольной ухмылкой на лице Доминик неторопливо прошел мимо меня и сел на своё место.

Засранец .

Я подошла к шарам для боулинга и, не раздумывая, взяла фиолетовый. Мне пришлось держать его обеими руками, поскольку он был слегка тяжеловат.

— У тебя всё получится, — сказала я самой себе, встав перед дорожкой.

Я взглянула направо как раз в тот момент, когда маленький мальчик бросил шар и сбил все кегли.

Все. До. Единой. Кегли.

Ему не могло быть больше девяти, десять — максимум.

Если он смог, то я — тем более .

Я кивнула своим мыслям и отвела руку назад, но взвизгнула, когда шар внезапно выскользнул из моих пальцев. Я быстро развернулась и бросилась ему вдогонку.

— Всё в порядке, все в порядке, ничего не сломано, у меня всё под контролем. Не на что тут смотреть, народ, — выкрикнула я членам персонала, которые наблюдали за мной, качая головами.

Я перевела взгляд на Доминика, который занимал целых два места, завалившись от смеха на бок.

— Закрой нахрен свой рот, не устраивай концерт.

— Концерт, — хохотал Доминик, — устроила ты, когда решила бросить шар для боулинга в воздух.

Я фыркнула.

— Он выскользнул у меня из руки... и ничего не пострадало, так что отстань от меня.

Доминик продолжил хохотать.

— Жаль, что я это не заснял.

Гребаный придурок.

Со злостью я развернулась и подошла к дорожке. Хорошенько взявшись за шар, я отвела руку назад, затем махнула ею вперед и отпустила его, но на этот раз произошло тоже самое: шар полетел в чертов воздух, а затем с глухим стуком приземлился на дорожку.

— Ох, пожалуйста, перестань, мне нечем дышать.

Я перекрою доступ кислорода этой гиене, если он не перестанет ржать надо мной.

Я отскочила от шара, а затем в раздражение со всей силы пнула его ногой. Это сработало: шар покатился по дорожке, а я запрыгала от восторга.

Он врезался в кегли, сбив несколько из них.

Я развернулась и вскинула кулак в воздух.

— Да!

Доминик покачал головой.

— Ты сжульничала.

Ох, мистер Честность .

— Какая разница, сколько кеглей я сбила?

— Шесть.

Я исполнила небольшой танец, покачивая бедрами.

— О да, вот так!

Поднимаясь со своего места, Доминик покачал головой.

— Дай мне показать тебе, как это делается.

Я закатила глаза.

— Ты заставляешь меня делать то, чем я никогда прежде не занималась, и ещё хочешь, чтобы у меня всё выходило, как у профи. Единственное, в чем я пока была хороша, так это в поедании курицы на нашем пикнике.

Доминик склонил голову на бок.

— Ты никогда раньше не ходила в боулинг?

Я невозмутимо на него посмотрела.

— Ты что, не видел две мои предыдущие попытки заставить мяч катиться по дорожке?

— Да, но я думал, что всё дело в том, что ты просто хреново играешь в боулинг.

Ох.

— Огромное спасибо!

Доминик поднял руки в воздух.

— Просто говорю правду.

Я посмотрела на него, сощурив глаза.

— Мы играем, Факфейс.

Развернувшись, я подошла к штуковине, которая контролировала нашу игру, и уставилась на экран.

Доминик посмотрел на меня, приподняв бровь, а затем развернулся, взял свой красный шар и встал перед дорожкой. Он бросил шар, и тот покатился по дорожке, выбив ещё один страйк.

Твою ж мать.

Он вернулся к столику и сел рядом со мной с самодовольной ухмылкой на губах.

Поднявшись, я проворчала:

— Посмотрим, кто будет смеяться последним.

Он отвел взгляд в другую сторону, а я размяла шею и встряхнула руками. Я заставлю шар катиться по этой хреновой дорожке, даже если это убьет меня.

— Ладно, — выдохнула я.

Я взяла свой фиолетовый шар и подошла к черте, которая отделяла меня от дорожки.

— Стань с шаром единым целым, — пробормотала я.