Алекс Белл - Жасмин

Наполовину одетый Бен услышал мой крик и открыл дверь ванной.

— Что случилось?

Не смея произнести ни слова, я ткнула пальцем на прохаживающуюся по моему футляру лошадку. Бен посмотрел в направлении, которое я указала, и я заметила, как он разволновался, когда увидел лошадку. Мы оба, молча, таращились на неё. Сначала я думала, что она просто так ходит там, дергая головой и фыркая крошечными ноздрями. Но потом я обратила внимание на крошечные следы, оставляемые ею на костяной пыли, которой после вчерашнего был покрыт мой футляр.

Удивительными были не столько следы, сколько слова, которые они образовали, вернее имя: Анри Роль-Танги.

А потом лошадка спрыгнула и поскакала обратно к дивану. Прискакала и уткнулась мне в лодыжку. Я взяла её в ладони, стараясь держать, как можно аккуратнее.

Несмотря на обстоятельства, я не могла отделаться от чувства восторга, наблюдая за этой лошадкой у себя на ладони. Она прошагала до кончиков пальцев, заглянула через край, а потом, развернувшись, вернулась на середину ладони и посмотрела на меня. Если бы не её размеры, то она была бы вылитым Кини. Те же прекрасные черты, лоснящаяся шерсть и карие глаза — крошечная, идеальная сказочная лошадка. Она целиком и полностью пленила меня.

Бена же, похоже, больше заинтересовало имя на футляре.

— Анри Роль-Танги, — взволнованно пробормотал он. — Знаешь его?

— Нет, — ответила я. — А ты?

Он не ответил, развернулся к футляру, и еще раз произнес про себя имя, словно сам мог вот-вот вспомнить — кто это. Но потом тряхнул головой и сказал:

— Не помню, чтобы вообще слышал это имя.

А следом он вскинул голову, взглянул на лошадь и сказал:

— Нам пора идти. Бери её с собой.

— Зачем?

— Затем, что снежно, — сказал он, натягивая рубашку и торопливо застегивая пуговицы. – Может, она на снегу еще какую-нибудь подсказку копытами вытопчет.

Я бросила взгляд на футляр и заметила, что это имя занимало почти всю его поверхность, так что возможно, ей и правда не хватало места, чтобы «написать» что-то еще.

— Дай её мне, — приказал Бен, поднимаясь на ноги и протягивая руку.

— Мы же не можем вот так запросто разгуливать с ней по гостинице, — возразила я. — Кто-то может заметить.

Бен оглядел комнату и его взгляд упал на коробку с дорожными шахматами. Он взял её и вынул все фигуры, а потом протянул её мне.

— Вот, возьми.

Я аккуратно поместила туда лошадку, а потом мы вышли из гостиницы на улицу. Вокруг не было ни души, поэтому мы присели за нашей машиной, чтобы нас не было видно из окон ресторана, и выпустили «Дюймовочку». Похоже, лошадку нисколько не смутило путешествие, и когда Бен протянул руку и поставил ее на снег, она осталась невозмутимой, а мы, затаив дыхание, уставились на неё. Она подняла голову и огляделась, принюхиваясь, а потом восторженно поскакала по снегу. Еще немного погодя, она повалилась на спину, и каталась по земле, задрав копыта. Я не смогла сдержать улыбки, наблюдая, как же она радуется, но с другой стороны, похоже, она больше не собиралась нам помогать.

— Не думаю, что она еще что-нибудь «напишет», — высказал вслух мои подозрения Бен и убрал лошадку обратно в коробку. — Так что давай сосредоточимся на том, что у нас уже есть.

Мы пропустили завтрак и отправились прямиком в комнату Бена, вбили в поисковик Google имя, но без особого успеха. Был такой известный французский коммунист по имени Анри Роль-Танги, и хотя мы много чего о нем прочли, так и не нашли связи между ним, Лиамом или Нойшванштайном. Кроме того, оказалось, что он уже умер. Несколько лет назад.

Мы блуждали с сайта на сайт, и чем дальше, тем недовольнее Бен поглядывал на лошадку, которая, не обращая на него внимания, радостно скакала по комнате.

— Может быть, мы зря теряем время, — сказал Бен наконец. — Может, эта лошадь вытоптала свое чертово имя.

Мысль была настолько глупой, что я не смогла удержаться от смеха — однако, быстро превратила его в кашель, взглянув на лицо Бена.

— Не верю, что это её имя, — сказала я, стараясь придать своему голосу серьезности.

— Хочу сходить в твой номер и прибраться там, — сообщил Бен. — Мы же не хотим, чтобы горничная увидела тот бардак. А ты продолжай искать, пока я не приду. Это имя должно что-то означать. Возможно, оно относится к другому человеку — еще живому — и он знает о том, где Лиам спрятал лебединую песню.