Мейер - Проклятыйкнига2016

Черт. Он – черт.

- Жду. – Снова краткое слово, зарождающее во мне страх. Глянув на меня со скучающим выражением лица, Брэндан увидел, что я даже не сдвинулась, и тяжело вздохнул. Он налил себе виски из круглого графина, что стоял возле кровати, но почему-то к нему не притронулся.

Шли минуты, но ничего не происходило. Он стоял в молчании, глядя в одну точку, а я смотрела на него и тряслась от страха, как наложница в шатре у султана.

Я сделала шаг к роялю, потом два. Чувствуя себя раздавленной и переполненной ненавистью, встала у злополучного рояля.

- Встань возле ножки, которая держит крышку. Ко мне лицом.

Да он издевается!

Наши взгляды встретились, и, увидев в них темноту, я послушалась, словно околдованная.

А потом Брэндан направился ко мне – ленивой, вальяжной, королевской поступью, которая жутко раздражала и в то же время завораживала.

- Зачем? Скажи мне!

- Мне нравится этот вопрос. Другая бы его не задала, – тихо произнес он, приблизившись. Вблизи он выглядел еще более сильным.

Я поняла, что следующие несколько часов моя ненависть будет бороться с возбуждением, и, надеюсь, первая победит.

- Плевать мне, что тебе нравится! Я не хочу быть твоей рабыней!

- Здесь ты ошибаешься. Ты уже так послушно встала здесь, девочка. – Глядя мне прямо в глаза, он накинул жемчужную цепь на мою шею. Перекрестив ее над моей грудью, принц завел мои руки за спину и намотал на запястья никчемную драгоценность. – Ты же не откажешься от такого подарка, { bellus } (от лат. – «красивая»)?

Его бездушная любезность пугала меня еще больше. Этот подарок – подобие золотой клетки. А точнее - золотая цепь, которой он четко и ясно обозначил мои права. Отсутствие моих прав. Любая моя вольность вызовет в нем только большее желание прогнуть меня под себя.

- Лучше бы ты называл меня грязнокровкой… - огрызнулась я, понимая, что попала в его сети.

- Это слово не возбуждает меня. А я уже решил, что трахну тебя.

Я начала задыхаться, но вдруг кислород окончательно перестал поступать в мои легкие. Брэндан поднял с пола приличных размеров осколок ночника и одним быстрым движением распорол ткань моего белья, обнажая грудь.

- Но я по-прежнему хочу слышать твое имя.

Я закрыла рот на замок, сжав губы. Пусть делает что хочет, я не издам ни звука и не сделаю и малейшего движения… Пусть трахает куклу, если Его Высочеству так угодно.

- Молчишь. – Он поднес пальцы к своему подбородку, словно задумался, с чего из припасенных пыток ему начать. Взяв с крышки рояля виски, он опустил в стакан два пальца, чем вызвал во мне бурю недоумения.

{Виски, как бы, пьют, а не…}

- Не трогай меня, – сквозь зубы отчеканила я, когда его влажные в пряном напитке пальцы коснулись выемки на моей шее.

- Что такое, девочка? Ты незнакома с древними традициями? Всего лишь небольшой ритуал, который сделает тебя немножечко покорнее.

Его ладонь решительно сжала мою грудь, а пальцы заскользили по соскам, делая их мокрыми и блестящими.

Дрожь страха превращалась в дрожь возбуждения. И я мечтала, чтоб он об этом не догадался.

- Дертерье нернде маа… - тихо прошептал он на непонятном мне языке. – Ишнуаала, вердерьер саа.

В Брэндане было что-то от Дьявола. Он заслужил каждый шрам, который распорол его спину.

Его рука заскользила по моему животу, и, предварительно смочив пальцы в напитке, он погладил меня меж бедер, заставляя раздвинуть ноги.

Не знаю, что на меня действовало, но я начала чувствовать, как каждая клеточка моего тела расслабляется, тая в муках наслаждения.

- Ваше Высочество…

- Это скучно. Называй меня по имени.

- Не собираюсь. – Я упрямилась. Имя было чем-то личным. Представить себе не могла, что когда-нибудь назову его напрямую - Брэндан или, еще хуже, Брэд. И, уж тем более, я не хочу, чтобы из его губ вылетало мое имя…

Брэндан нахмурился. Сильнее, чем обычно. Кажется, я здорово его задела.

- Да? Сейчас посмотрим. – Он развязал мои руки. Потянул за жемчужный поводок на себя, завязывая на моей шее упругую петлю. – Опустись на колени. Девочка.

- Не собираюсь. – Петля на шее затянулась сильнее, и я сразу все поняла. Он задушит меня. Вот так унизительно – голую, с жемчугом на шее. Еще капля, еще последняя капля, и я действительно паду на пол и зарыдаю.

Я опустилась на колени и поводок ослаб. В глаза принца я не смотрела. В глаза этого чудовища.

Вереница вен, пролегающих под полотенце, оказалась перед моими глазами.

- Сними. – Снова сухой, бесчувственный приказ. – Зубами.