ната - Danger

– Ну, вся эта поездка обходится недешево. Где ты взял деньги? Ты работал летом или

что? Мне просто стало интересно, потому что кажется, что у тебя всегда есть деньги.

Черт, как ответить? Как насчет вообще не отвечать? Я обратил вопрос на неё.

– Почему у тебя всегда есть деньги?

Выражение ее лица было одновременно понимающим и разочарованным, но, тем не

менее, она ответила.

– Мы никогда не говорили об этом, но мой папа пластический хирург в Хьюстоне.

Кроме того, что он платит маме алименты каждый месяц, он вносит приличную сумму на

мой банковский счет. Он знает, как жестко мама может меня контролировать, поэтому

хочет, чтобы у меня была некоторая свобода.

Плюс, парень, вероятно, чувствовал себя виноватым, оставив ее с сумасшедшей

Джулией.

– Так ты папина дочка? – Я дразнил ее, полагая, что отец не мог удержаться и не

баловать такую хорошенькую дочь.

– Да, – она призналась так, словно гордилась этим. – Мой папа всегда пытался

перевезти меня к себе в Хьюстон. Он хотел бы взять и Чэнса, но знает, что у мамы гораздо

больше свободного времени для него. Но в любом случае, мне не хотелось бы оставлять

своих друзей из группы.

– Тогда почему он не переехал сюда? – спросил я. Нет, мне совсем не хотелось бы,

чтобы она уехала в Хьюстон.

Она посмотрела на меня так, будто я сошел с ума.

– А ты бы захотел? Я имею в виду, ты же видел мою маму. Он говорил о

возвращении в Денвере ещё когда закончил ординатуру в Хьюстоне, но я уверена, что

неадекватное поведение моей мамы стало тем, что заставило его пересмотреть решение.

Я засмеялся, и, не удержавшись, поцеловал ее в кончик носа.

– Я понял, к чему ты клонишь. Не волнуйся, ей не удастся свести меня с ума.

Она попыталась запугать меня, схватив меня за футболку.

25

https://vk.com/world_of_different_books

– Тебе лучше не иметь с ней дел, или я чокнусь вслед за тобой.

Все, что она делала, заставило меня подумать о грубом сексе. Но к такому она не

готова, к сожалению, первые пару раз. Итак, мне удалось успешно избежать заданного

вопроса. Надеюсь, она не вернется к нему снова. Ей может не понравиться ответ. По

правде говоря, ей совершенно точно не понравится ответ.

Когда мы остались одни в лифте, я заключил ее в объятия и поцеловал, чтобы она

знала: мое настроение не изменилось.

– А теперь поговорим о приватном танце…

Она сделала вид, что сомневается.

– Я не знаю… Калеб. Как сильно ты хочешь этого? Так ли сильно, чтобы попросить?

Горячая маленькая сучка не знала, когда остановиться.

Я решил принять вызов и посмотрел на нее с решимостью.

– Женщина, ты снимешь это платье и будешь танцевать на моих коленях,

прижимаясь всем своим горячим и изящным телом.

Она молчала, когда мы вышли из лифта на десятом этаже и шли по коридору к

нашей комнате. Около нашей двери, она, наконец, ответила:

– Хмм, нет уж. Спасибо.

Слишком поздно, она уже сделала предложение. Слова нельзя взять обратно. Как

только дверь номера закрылась, я толкнул ее к стене, прижал своим телом.

– Давай, Джанна. Ты убиваешь меня.

Она так мило посмотрела, с такой самодовольной улыбкой на лице, думая, что

победила.

– Что я слышу, это просьба?

Я застонал и склонил голову, будто признавая поражение. Я знал, на моем лице

играет озорная улыбка, когда снова поднял голову, чтобы посмотреть на нее.

– Хорошо, я прошу. Пока. – Её глаза широко раскрылись. Я водил рукой вверх и вниз

по ее телу, когда говорил голосом, от которого, я уверен, она потекла, если еще не была

влажной.

– Джанна, ты заставляешь меня сгорать от желания. Пожалуйста , прошу тебя,

станцуй у меня на коленях?

Я видел опасение, вспыхнувшее в ее глазах, прежде чем она ответила с поддельным

нежеланием:

– Хорошо.

Я бы сказал, что она потеряла часть своей уверенности, но я не собирался дразнить

ее этим или вызвать неловкость, или разрушить собственные шансы видеть ее голой на

своих коленях.

– Садись на один из тех стульев без подлокотников.

Это должно было быть удивительно.

– Минутку, – пискнула она, исчезая в ванной.

Глядя в свой телефон, я нашел песню Рианны о сексе. В номере оставил включенной

только одну лампу. Вид на Вегас через открытые шторы был напоминанием: мы в Городе

Греха. Здесь не действуют никакие запреты.

Мои глаза уставились на дверь ванной, я сидел и ждал, и вот она вышла. Навстречу

мне. Но вместо того, чтобы шагнуть между моих ног, туда, где я хотел ее, она обошла