Selena Laurence - The Kingmaker

Он проскользнул рукой под ее блузку, лаская кожу, словно перышко, легкими прикосновениями, пока его губы страстно целовали ее с совместным танцем языков, поглощая, насыщаясь друг другом. Он лизал, сосал ее язык, пока она вконец не запыхалась, а его пальцы исследовали ее кожу, изучая и запоминая.

Наконец, он отстранился и через голову стянул с нее блузку, расстегнув бюстгальтер и спустив его вниз. Его глаза загорелись, как только он увидел ее обнаженную грудь, и она поймала себя на мысли, что независимо сколько мужчин с вожделением смотрели на нее за все эти годы, на нее никто никогда не смотрел так, как Дерек.

Словно прочитав ее мысли, он сказал:

— Я хочу тебя всю , — она посмотрела на него, до конца не понимая, что он имеет ввиду. — Поэтому ты так со мной себя чувствуешь … потому что я хочу тебя всю. Не только тело. Я хочу твой ум… твои мысли, твои мечты. Я хочу твою душу… твои страхи и проблемы. Я хочу тебя всю, Лондон Шарп. И ты чувствуешь, насколько сильно я хочу каждую клеточку тебя.

И в этот момент Лондон сдалась. Он был мечтой, о которую она никогда не осмеливалась мечтать, фантазией, которую она даже не могла себе представить. Он был будущем, от которого она отказалась в семнадцать лет, и надеждой, которую она запрятала в тайный ящик, скрыв даже от собственных глазах. И теперь, когда ее сердце нарушало все правила, по которым она жила последнее десятилетие, ее душа с надеждой вспорхнула к прутьям клетки, хотя разум твердил, что это невозможно. Он не был возможным, это не было возможно, потому что Лондон прятала под замком самое темное в самой глубине того же секретного ящика, удерживая этот ящик закрытым, иначе этот секрет способен разрушить даже такого мужчину, как Дерек.

Но у нее не было сил отвернуться от него. Ей была невыносима сама мысль снова остаться одной, и не попробовать испытывать этой бури чувств. Она хотела каждую его частичку, и хотя знала, что никогда не будет с ним вместе, она отчаянно хотела притвориться, что будет, хотя бы на чуть-чуть. Она затолкала свои опасения подальше, утрамбовав сопротивляющейся совестью, и отдалась чувствам — бабочкам, порхающим внизу живота, теплу, образовавшему у нее между ног и даже ноющей боли в сосках.

— Я хочу заняться с тобой любовью, — выдохнула она. — Я постараюсь не бояться. Я хочу все почувствовать и познать.

Его дыхание стало горячим, прерывистым, он запустил пальцы ей в волосы и оттянул ее голову назад, чтобы прямо взглянуть в ее глаза.

— Ты уверена, что готова?

— Нет, но ты мне необходим по любому.

— Я буду делать все медленно. Если ты захочешь, чтобы я остановился, ты тут же мне скажешь. Как и в прошлый раз.

— Нет, — она не хотела останавливаться. Она слишком сильно хотела его, и у них было слишком мало времени, предназначенного для них двоих. Он мог исчезнуть в любой момент по разным причинам, она не желала перечислять их всех, но если она потеряет его, прежде чем отдаст ему каждую частичку себя, она никогда себе этого не простит, и это разрушит ее окончательно. — Ты не должен сдерживаться. Я хочу быть с тобой без сомнений. Я хочу заняться с тобой сексом.

Он вздохнул, чуть ли не всхлипнув, и отстранился от нее, даже нахмурился, отойдя от нее на шаг.

— Что ты просишь, чтобы я сделал?

Она глубоко вздохнула.

— Трахай меня, чтобы я не делала и не говорила тебе.

Он тут же оказался рядом с ней, жар исходил от его тела.

— Однозначно, нет, — он взял ее подбородок в ладони и приблизил свое лицо, их разделяло всего лишь несколько дюймов. — Я никогда не совершу такого. Я никакой-нибудь чертов насильник, Лондон.

Ее лицо покраснело, она почувствовала стыд и опустила глаза.

— Вот почему я прошу, чтобы ты трахал меня сильнее. Ты никогда не сделаешь мне больно, но если ты не заставишь меня пройти до конца, не уверена, смогу ли вообще когда-нибудь заниматься сексом.

— Нет, — снова сказал он, глаза смотрели более мягко на нее, гнев сменился на сожаление. — Меня совершенно не беспокоит, сможешь ли ты сегодня дойти до конца. Это совершенно не важно. Мы будем делать только то, чтобы тебе было комфортно, не более. Я слишком ценю тебя, чтобы причинять боль тебе, твоему уму, твоему сердцу и твоему телу.

У нее стали пощипывать глаза от слез разочарования. Как ему объяснить, чтобы он понял? Возможно это ее единственный шанс, и она хотела бы разделить его с ним. Рано или поздно все закончится, и она будет сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь, если не испытает с ним этих реальных чувств.