Раздался стук в дверь, пока собирал свои бумаги, но он проигнорировал его, не желая контактировать ни с кем в данный момент. Ему нужно было дождаться, когда все нахрен свалят, прежде чем уйти самому. Не нужны свидетели его отвратительного состояния, в котором он пребывал.
Стук повторился, но на этот раз в дверь просунулась голова. Светлая голова. Очень привлекательная, но нежеланная, светлая голова.
Когда Рейган заметила степень его раздетости, выражение ее лица стало озабоченным. Она вошла в кабинет и закрыла за собой дверь. Они не обменялись ни словом, когда она смотрела на него, ее глаза излучали понимание. Понимание и… долбанное сострадание. От этого взгляда его чуть не вырвало, и он отвернулся в отвращении к самому себе.
– Пожалуйста, уйди, – его голос был тихим, когда он закрывал глаза, его руки сжаты в кулаки на деревянном столе.
Он не был верующим, но помолился бы сейчас, если бы она просто ушла. Веревка, которая держала его тело вместе, была изношена, и если она порвется, он не уверен на что будет способен. И он не хотел, чтобы она видела это. Только не она.
– Эв…
– Я сказал, – он перебил ее, не смотря назад, – пожалуйста, уйди. Там письмо на стуле для тебя. Просто возьми его и уходи.
Тишина, охватившая комнату, была плотной, пока они оба стояли, застывшие на своих местах. Он ждал звука ее шагов, уносящих ее прочь за дверь и подальше от него. Подальше от ада, который кипел под поверхностью. Но он не слышал ничего. Ничего нахрен.
Он закрыл глаза и плотно сжал их, стискивая кулаки, пока не стало больно.
– Эван… – ее голос мягкий, уговаривающий на этот раз, как будто она ступала рядом с диким животным в комнате, и на самом деле, то, как он чувствовал себя, и она должна быть чертовски умна, чтобы быть осторожной. – Эван, посмотри на меня. Пожалуйста?
А разве не в этом херова проблема? Я не хочу останавливаться и смотреть на нее.
Он покачал головой, и когда сделал это, шаги приблизились.
– Остановись, – крикнул он, и ее шаги прекратились.
– Я не уйду, – произнесла она, ее голос вызывающий.
Он представил это, если бы повернулся сейчас, то увидел бы, как ее руки скрещены, а голова высокомерно поднята вверх. Эта картинка, когда она уверенная и властная, почти заставила его повернуться к ней. Она не будет оставаться такой высокомерной долго, если получит свое; он мог бы прижать ее к стене и задрать ее юбку за пять секунд.
– Тогда ты ищешь неприятностей. Я сказал тебе убираться.
– А я сказала, что никуда не уйду, – ее голос стал громче, пока она упорно отказывалась уходить. – Сейчас повернись и скажи мне, что, черт возьми, с тобой происходит. Ты не в порядке весь день.
Он рассмеялся, истерика внутри запузырилась и вырвалась наружу в невеселом звуке. Боже, она проверяла его терпение, и блять, оно было на исходе.
Медленно, он повернулся на каблуках, и когда, наконец, оказался лицом к ней, поднял свои глаза, чтобы встретиться с ее уверенным, карим взглядом.
– Хорошо, Рейган, – его голос был низкий, и когда он произнес ее имя, то увидел, как она чуть отступила. Не так уверенна сейчас, когда она лицом к лицу с мужчиной, который был явно на грани. – Теперь что?
Ее глаза внимательно наблюдали за ним, оценивая каждое его движение, и когда она вздохнула и заправила волосы за ухо, он заметил, как ее грудь испытывала рубашку на прочность.
Она шагнула к нему, и Эван ничего не мог с этим сделать и подумал, что она либо храбрая, либо невероятно глупая, когда она спросила:
– А теперь расскажи мне, что происходит. Твои красные глаза никого не обманут. Что–то случилось?
Он схватился за край стола около его бедер и сосредоточился на ее красивом лице перед собой, чувствуя, как губы изгибались в насмешливой улыбке.
– Ты. Ты, блять, случилась.
Она вздрогнула от его угрожающего тона его слов.
– Я? – когда Эван не отреагировал, она стала защищаться. – И что конкретно ты имеешь в виду под этим?
Его глаза прошлись по всему ее телу, дюйм за дюймом, вбирая всю ее. Он даже не думал, что видел когда–либо женщину сексуальнее в своей жизни. Именно тогда он понял, что его бездействующий член заинтересовался.
Конечно, он блять заинтересовался.
Рейган выглядела безупречно. Ее светлые волосы, уложенные в нежные волны, мягко падали на шелк ее блузки. Она была кремового цвета с черными пуговицами, которые спускались между двумя самыми эффектными грудями, которые он мог вспомнить в своей жизни.
Читать дальше