Unknown - o f64b45cde170a32b

связаться с ним. Она не знала, что крутила интрижку с одним из глав криминального мира, когда проводила время с ним. Она была чиста.

То чего я точно не ожидал, так это боль в грудной клетке. А может и ожидал. Нан

стала частью меня даже до того, как я впервые прикоснулся к ней. Наблюдая за ней, у меня

медленно стали появляться чувства к красивой женщине, которая была так одинокой, но в

тоже время очень сложной. Я начал лелеять маленькие детали, которые никто не видел.

Уйти от нее было, как оторвать себе конечности и выбросить их, и все же именно

так я и должен был поступить. В моей жизни не было место для женщины. Особенно для

такой, как Нан. Такой, которую нужно было любить должным образом.

Я не был цельным человеком. Я был испорченным ублюдком с темной стороной,

который не имел права прикасаться к мягкости такой женщины, как она, но я все же сделал

это. Она принимала зло, вытекающее из моей души, словно хотела быть ближе к темноте.

Никто никогда не раскрывался так для меня, с таким доверием и желанием. Она пришла ко

мне. Ко мне. Она выбрала меня.

Это последний раз, когда я вдыхаю ее запах. Это комната содержит последние

воспоминания, которые будут у меня о ней. Мне хотелось свернуться на этой чертовой

кровати и поглотить следы, оставшиеся после нее. Мое сердце сново начало биться из за

Нан.

Я поднял подушку, на которой я оставил ее спящей вдохнул запах, не желая

отпускать его. Если бы я немного задержался, я бы никогда не смог уйти. Но она не

нуждалась во мне. Она нуждалась в большем, чем я мог бы ей предложить.

Я хотел, чтобы у Нан была ее сказка. Та, которую она создала в своем воображении

еще ребенком в своем тайном саду. Где мужчина спасает ее и дарит ей мечты, которые она

лелеяла. Мечты, которые такой мужчина, как я не смог бы воплотить в реальность.

Когда нибудь она получит то, что хочет. В ее душе было так много прекрасного, но

она не знала об этом. Остроумный ротик и пылкий нрав, это не все, что было в Нан.

Мужчина, который увидит через все это ее внутреннюю красоту, получит в дар то, к чему

я не имею право прикасаться.

Здесь не осталось ничего, чтобы я мог забрать с собой в память о ней. Ни записки,

ни сувенира. Я осмотрел комнату, надеясь что она что-то забыла, затем подошел к

серебряному мусорному ведру и увидел маленький пластиковый диск. Наклонившись, я

протянул руку и вынул его.

Даже не открывая, я знал что было внутри, но я все равно открыл его.

Прошло несколько секунд, пока я стоял неподвижно, уставившись на таблетки в моей

руке, до того как меня осенило. Я не мог злиться. Я попытался почувствовать себя в каком то

смысле оскорбленным, но ничего из этого не смогло начать пускать корни.

Все что я знал, что это не закончилось. Примерно через четыре недели я вернусь

навестить Нан. В итоге, это был не конец.

Легкость в моей груди немного облегчила боль, как бы глупо это не было, и я сунул

таблетки в свой карман, думая, что возможно судьба так или иначе изменит мой путь.

Нан

Полет домой был одиноким и болезненным. Я больше никогда не вернусь в Лас

Вегас. Вот и все. Я больше никогда не смогу смотреть на этот город, как раньше. Он

оставил у себя часть моего сердца, которую я не смогла забрать, когда вышла из своего

люкса. Я забрала с собой воспоминание, а он что-то намного большее.

По крайней мере мой дом не хранил воспоминаний о времени проведенном с

Гэнноном. Здесь он приходил ко мне только в моих снах. Я подавила желание побежать в

свою комнату и лечь в постель в надежде, что он навестит меня. Даже глубоко в своих

мыслях я знала, что и это тоже ушло навсегда.

Мое сердце было разбито, а вместе с ним и мои мечты. Я была официально сломлена.

Каждый грех, который я совершила в прошлом, каждое обидное слово сказанное мной,

каждое жестокое действие, предпринятое мной теперь возвращалось ко мне. Это было моей

расплатой. Я пожинала то, что посеяла. Все те кого я обидела, будут считать, что я заслужила

боль и печаль пожирающие меня заживо, и они будут правы. Я это заслужила. Это было мое

наказание и я либо выживу, либо это окончательно уничтожит меня.

В любом случае, я знала, что там не было никого, кто позаботиться обо мне. Я не

была любимым ребенком, сестрой или чьим то другом. Меня просто терпели. Это была

жизнь, которую я сама создала для себя и теперь мне придется ее прожить

Четыре недели спустя.