Unknown - o f64b45cde170a32b

Он присел рядом со мной на скамейку перед моим жилым комплексом. - Никогда не

видел тебя таким. Даже тогда, когда твой отец выгнал тебя за то, что ты трахнул его новую

жену. Что случилось?

Нан, вот что случилось. Охренительно великолепная, требующая слишком много

внимания, неуверенная в себе и сексуальная, как черт Нан. - Возвращайся в Техас.

Мейс усмехнулся и мне захотелось набить ему задницу.

Если бы это не было моей десятой бутылкой пива, я бы решил оторваться на нем. Но в

данный момент я просто хотел побыть один.



Приехал в гости. Скоро у Блэр мероприятие перед рождением ребенка.

Пожалуйста скажи мне, что это не связанно с Нан.



Не могу, - раздраженно огрызнулся я.



Дерьмо, - пробормотал он.

Дерьмо, точное определение. Я был в глубоком гребанном дерьме. Я все испортил. Из за

меня Нан причинят боль. И теперь я ничего не мог сделать.



Почему ты решил связаться с Нан? Я предупреждал тебя, чтобы ты не делал этого.

Она не та женщина, которую мужчины принимают в серьез.

Мудак не знал о чем говорил. Мейс едва знал ее. Она не была сестрой с которой он

вырос и которую знал. И она была дочерью, которую его отец отвергал большую часть ее

жизни. Она была той, которую все оставляли позади. Той, которую все ненавидели.



Ты не знаешь ее, - огрызнулся я.



Никто не знает, - мгновенно ответил он. - Она жестокая, холодная и

самовлюбленная.

Я уронил сигарету из рук и затоптал ее ногой. - Вот в этом ты ошибаешься. Ты

никогда не давал ей шанса.

Мейс жестко усмехнулся. - К черту это. Она была мстительной сукой по отношению к

Харлоу каждый раз, когда ей это удавалось и она терроризировала Риз.

Я знал обе истории. Когда я впервые приехал в город и начал проявлять к ней интерес, Грант и Мейс постоянно говорили о том, какой злобной была Нан. Когда они были рядом с

Рашом, ни один из них не говорил о Нан, потому что ее брат не позволил бы им этого. Но

когда его не было, они критиковали ее при каждой возможности.

Меня бесило, что никто из них кажется никогда не задумывался почему Нан была

такой жестокой. Не ужели им не было интересно, что сделало ее такой? Говоря о

эгоцентричности.



Ты не знаешь ее. Ты никогда не пытался узнать ее. Так что, черт возьми, не

говори со мной о ней. Я все знаю все истории и я знаю ее.



Тем не менее, из за нее ты сейчас сидишь здесь, куришь раковую палочку и

заканчиваешь упаковку из двенадцати бутылок пива. Что, мать твою, это говорит о ней?

Я допиваю бутылку. - Это говорит, что я не правильно вел себя. Я не обращался к

ней, как к хрупкому цветку, которым она является. Теперь ей причинят боль и это моя

вина. Я просто надеюсь, что смогу это исправить. Чертов ублюдок, вот кто я.

Мейс не стал сразу отвечать на это. Удивительно. Он тихо сидел рядом со мной и

мы наблюдали, как волны разбивались об берег. Мои мысли были о Нан и о том, что

произойдет дальше. И если бы у меня только была возможность помочь ей исцелиться

прежде, чем земля снова уйдет из под ее ног.

Нан

Я не слышала, как он вошел в большую, стеклянную душевую, потому что моя

голова была под водопадным душем и я смывала остатки шампуня с моих волос. Его

большие руки схватили меня за талию, напугав меня и мои глаза распахнулись, когда я

ахнула.



Повернись и положи руки на стену, - потребовал он. Его зрачки, были

расширенны, как всегда, когда он был возбужден. Я не стала спорить с ним, хотя мне

нравилось перечить ему, заставляя его перейти в командующий режим. Это делало меня

ненасытной.

Я повернулась, положила обе руки на мокрую плитку и раскрыла ноги прежде: чем

приподнять к нему свою попку. Я знала что он хотел и я была более чем готова дать ему

это.

Я никогда не знала секс в том плане, в котором испытывала с Гэнноном. Он мог

часами заниматься этим. Даря мне оргазм за оргазмом. Я жаждала каждое

восхитительное прикосновение и каждый болезненный момент.

Рука больно ударила меня по заднице и я крикнула, когда боль заставила мои глаза

заслезиться. - Нахальная, маленькая стервочка. Выставляешь мне свою попку. Ты думаешь

я это то, что я хочу? - спросил он грубым, холодным голосом, затем сильнее ударил по

тому же месту, когда я начала хныкать и извиваться.

Его хватка усилилась, пока его пальцы не впились в кости моих бедер. - Не

произноси ни звука. Прими все, как хорошая девочка, - приказал он, когда его рука