Ясмина - Сапфир

Рик велел вколоть всему персоналу больницы двойную дозу энергии жизни, и я слабо, но видела ауру нашего воинства.

Разноцветные чешуйки переливались на знойном солнце, хлестали по траве мощные хвосты, выдавая нетерпение хозяев. Чуть расправлялись и снова складывались за их спиной громадные кожистые крылья.

Сами же защитники перекрестья напоминали статуи… до тех пор, пока не настал час икс.

Около семи утрас рычанием диких зверей из леса высыпали перерожденные. Казалось, сейчас уродливые твари понесутся навстречу армии перекрестья. Будут сражаться, пока их не разорвут на мелкие клочки. После смерти тела, напичканные нижней магией перерожденные, могли драться еще часа три-четыре, а некоторые – даже сутки.

Также рассуждали и защитники перекрестья – все, разом обратились, пригнулись, оскалились, набрали в грудь побольше воздуха для огненного дыхания.

Но… перерожденные остановились и замерли, словно выключенные роботы.

Из леса появились белые медведи.

Честно говоря, я ожидала увидеть каких-то ужасных монстров, вроде динозавров или чего-то еще страшнее, уродливей. Но, должна признать, отвратительными вражеские орды не выглядели. Опасными, озверевшими, отчаянными – да. Готовыми на все ради победы – тоже. Но не мерзкими, как я себе рисовала.

А вот размеры их впечатляли – под стать драконам и василискам, не меньше. Наши, перекрестные громилы-верберы, и все другие, из соседних миров сильно уступали им в росте и мощи. Об остальных оборотнях и говорить не приходилось.

Я никогда не видела магических сражений. Но понимала –как только стройные ряды драконов и василисков встретят неприятеля, будет что-то.

Нижние твари приостановились, вглядываясь в ряды противника глазами, похожими на матовые полудрагоценные камни. Почти у всех белых верберов радужка имела красноватый оттенок. Густой мех нижних тварей вздыбился, из яростных оскалов сверкали на солнце белоснежные, острые, как бритвы, клыки.

На долю секунды белые верберы притормозили, словно оценивая противника, перестроились клином, смешались с перерожденными.

Затем передние пригнулись, остальные – все, кто успел показаться из леса – тоже. Нижние зарычали, перерожденные вторили им, драконы и василиски ответили тем же и… началась схватка.

Все смешалось – чешуйчатые, медведи и их марионетки.

По полю заметались огонь, черные всполохи нижней магии, молнии, вихри.

И все, чего они касались либо выгорало дотла, либо выдиралось с корнем, либо превращалось в прах.

Но очень скоро войска сошлись в рукопашной, перестали пользоваться магией, драли врагов когтями и зубами.

В гуще схватки, когда с каждой стороны можно получить удар, уже не до заклятий. Только драконы и василиски еще могли пользоваться своим огнем. Им и нужно-то было – вдохнуть поглубже и «выпустить пар».

Обе армии сражались не на жизнь, а на смерть. Опаленные, с горящим мехом, белые верберы продолжали атаковать. Прыгали на противника, сминали, лупили гигантскими когтистыми лапами, вгрызались в тело клыками.

Драконы и василиски, с разодранными в клочья шкурами и висящими шмотками мяса, вставали, скалились и бросались в атаку.

Переломы, сквозные раны, оторванные конечности – воинов не останавливало ничего, кроме смерти.

И я понимала – все наши самые тяжелые, самые насыщенные смены – ничто по сравнению с тем, что предстоит после начала войны.

Глядя на схватку, многие врачи, медсестры, санитары остановились у выхода из больницы, медлили, хотя смена уже закончилась. Суровый и серьезный, как никогда Рик, возник словно из ниоткуда и мне показалось, его возмущенный возглас разнесся по всем коридорам, по всем отделениям:

– Это еще что такое? А ну-ка быстро все по домам. Сегодняшние раненые – на совести дневной смены. А вы понадобитесь мне ночью. И даже не думайте оставаться! Ночные вылазки перерожденных всегда очень кровавые. И вы должны быть свежими, готовыми к работе!

Сотрудники больницы еще медлили – мялись у дверей, боясь пересечься с Риком взглядом. Сейчас он испепелял почище дыхания василиска.

Впервые, за два года, что я здесь работала,подчиненные не бросились выполнять приказ главврача немедленно – не выжидая и не рассуждая.

Рик нахмурился, увеличился в размерах, частично обращаясь, набрал в грудь побольше воздуха, чтобы добавить сотрудникам «словесного посыла». Но в этот момент в приемном показался Вагр.

Дракон очень напоминал сумасшедшего ученого. Эдакого алхимика не от мира сего, который дни и ночи проводит в лаборатории, не замечая, что творится вокруг. Косматая каштановая грива торчала во все стороны, местами сбилась в колтуны, под глазами пролегли тени бессонных ночей. Бежевая рубашка Вагра была неправильно застегнута, из кармана синих джинсов свисала то ли грязная тряпка, то ли платок.