Ясмина - Сапфир

Но затем быстро опустил ребенка в аквариум, у окна. Три земмы – рыбы-конструкторы, соединились длинными, извилистыми телами. Одна хватала ртом воздух, другие передавали его малышу. Москаты принялись обрабатывать его, очищая от вредных микробов, енталии обвили маленькое тельце, забирая отходы жизнедеятельности, давая питательные вещества. Два ррагона приклеились к груди малыша, восстанавливая кровообращение, ускоряя развитие органов. Зактилия – моллюск, похожий на осьминога, прилип к отрезанной пуповине, останавливая кровь и залечивая ранку.

Я уже видела, как детей месяцами выращивали такие вот аквариумы-инкубаторы с живыми оборотнями-няньками. Но зрелище все равно казалось невероятным, чудесным.

Десятки существ сплотились и трудились сообща день за днем, месяц за месяцем ради поддержания маленькой жизни.

Тем временем, черный прибор, энергетически привязанный к изломанной невесте, замигал черным и фиолетовым, предупредительно запищал – пациентка умирала.

Вагр поднял глаза от раны на шее верпантеры – она уже почти не кровоточила и даже начала заживать.

Рик обменялся с драконом беспокойным взглядом и растерянно пожал плечами.

– Внутреннего кровотечения нет. Шов на матку я уже наложил. Черт его знает – в чем дело.

Я внимательно осмотрела девушку еще раз и заметила, что из уха ее словно торчит крохотный прозрачный осколок.

Рик проследил за моим взглядом и громко выругался. Вагр зарычал.

– Ты что не увидел это на рентгене?

– Я сразу заметил беременность и старался смотреть только жизненно важные органы, оценить состояние ребенка, – тяжело вздохнул Рик. – Не хотел, чтобы малыш получил слишком большую дозу… Проклятье!

– Ну мозг у этой девицы к жизненно-важным органам точно не отнесешь! – искривил губы в невеселой улыбке Вагр. – Иначе она не поехала бы в горы в такое время, да еще и в своем положении. Даже странно, что ты вообще заметил ее мозг. Там, наверное, мятый серый комочек, с грецкий орех, не больше…

Рик полоснул по дракону таким взглядом, что даже мне стало не по себе.

– Не нам судить, – сказал резко, осуждающе. – Каждый имеет право на ошибку.

Вагр хотел что-то ответить, набрал в грудь побольше воздуха, Рик сделал тоже самое. Скрипнула каталка – Латифа отступила от чешуйчатых и задела ее. Что-то булькнуло в дальнем аквариуме.

И нас накрыла тишина – такая, какая наступает перед тем как грянет оглушительный гром и ураган сметет половину деревьев с лица земли.

Психологический поединок мужчин длился с минуту, не больше. И Рик победил. Как всегда. Вагр отвел взгляд и еще некоторое время мы слушали звенящее беззвучие.

– Прицельно снять сможешь? – первым нарушил молчание Вагр. – Иначе передозировка.

– Сниму, – решительно выдохнул Рик, тоже успокаиваясь. – Отойдите, закройте глаза.

Мы подчинились моментально.

В полной тишине глубокие вдохи-выдохи Рика означали, что он настраивается на сложное дело.

Наконец, последовала знакомая вспышка.

– Барабанная порвана, стекло в мозгу, но есть шансы, – сообщил василиск. – Она не человек, должна выкарабкаться.

Вагр метнулся к свободному аквариуму, вытащил ррагона, всучил Латифе.

– На всякий случай, – сказал зачем-то – верлиса и без него отлично все понимала.

Дракон взял щипцы и… рывком выдернул стекло. Оно напоминало окровавленное лезвие ножа – заостренное, с зазубринами.

Из уха пациентки лениво потекла бурая струйка, а затем – и прозрачная, с бордовыми сгустками.

Плюмц-плюмц… Засохшая кровавая лужа на полу начала разрастаться.

Рик подскочил, дал пациентке энергии. Но изломанная невеста дернулась, не смотря на препараты, и штырь в ее бедре порвал мышцу, вышел в районе ребер.

Шмоток плоти повис, обнажив кости и сухожилия.

Ручьями хлынула кровь, сильно запахло железом.

Мы, втроем бросились вливать в невесту энергию заживления, Гортензия – кровь, но «черный ящик» мигнул ярко-фиолетовым, лиловым и… погас.

Вагр приложил руку к шее девушки,провел ладонью возле ее рта, кивнул и отошел от стола.

– Нет смысла реанимировать, – пожал он плечами, не глядя на нас с Риком. – Если энергия жизни не помогла… сам знаешь.

– Не знаю! – прогремел на всю операционную василиск. – И ты не знаешь! Ты не бог! Ты только врач! Никогда не забывай об этом, если хочешь распорядиться чужой жизнью!

Вагр хотел возразить, но прикусил губу и смолчал.

Меня словно парализовало. Глухо, неровно стучало в ушах сердце, пульсировала в висках кровь.