Desconocido - i_e2e6055e32343528

-Есть результаты? Кто этим занимался?

-Лорд Ривз, Ваше Величество.

-Что удалось разузнать?

-Согласно показаниям слуг, девушка последние два месяца провела под домашним арестом и никакой возможности покинуть замок не имела. Сервы в один голос утверждают, что девица была себе на уме. Покойный граф учил её владеть оружием, ездила на охоту, разбиралась в ведении хозяйства, но себя блюла и с противоположным полом в общении замечена не была. Да и внешностью, пошла в отца-высокая, для девицы, некрасивая, плечи широкие, руки сильные, с мозолями на ладонях. На такую покусится могли только ради наследства. Только вот девица не дура и всё прекрасно понимала. А ещё больно на язык острая была, никому спуску не давала.

-А это уже интересно. Значит графиня и её брат утверждают, что девица сбежала с любовником, и тот её прибил, а граф Торнфил уверен в том, что леди Эухению убили ради наследства по приказу графини и лорда Грея. Я правильно понял?

- Да, Ваше Величество.

-Вызвать ко мне обе стороны! И Торнфила и графиню Шандор.

-Есть ещё кое-что по этому делу, Ваше Величество, - секретарь открыл очередную папку и извлёк очередной лист бумаги. - Граф Торнфил подал прошение на признание его наследницей Эухению де Ней, дочь, прижитую от полукровки из морфов. По утверждению графа, брак законный. Но он не хотел передавать дочери графство, так как внешность у неё совсем уж нечеловеческая. В мать пошла. Теперь же, за неимением других наследников, граф просит признать его младшую дочь Эухению де Ней его наследницей.

-Я подумаю над этим. Пока ничего графу отписывать не нужно. Послать приглашение ко двору. Точно такое же, как и графине Шандор. Поглядим, что они собой представляют, послушаем….

* /

Д’Эстре пребывал в состоянии ярости уже который день. Сперва этот королевский капитан, чтоб его демоны сожрали! Посмел своевольничать на его, Даниэля д’Эстре, землях, после фактически запер в крепости, объясняя это тем, что велика опасность нападения. Кого? Всех разбойников и бродяг этот живодёр извёл подчистую. Когда Дану рассказали о том, какими методами капитан этого добился, стало страшно. Даже его, закалённого лицемерием и равнодушием двора, его жестокостью и интригами, пробрало до самого нутра. Жуть.

А теперь начались новые напасти: то фермы кто-то пожёг, то мельницу разрушили. Про него самого городская чернь мерзкие стишки рассказывает, высмеивают, будто ему есть дело до мнения простонародья. Правда, простонародье так не считает. Кто-то распустил слухи, что в Ичвудском лесу жил дедушка герцога и занимался мерзкими опытами над людьми. Якобы, все пропавшие в последнее время сервы, особенно детишки, его рук дело. И плевать, что некромант на самом деле Даниэлю седьмая вода на киселе - троюродный брат бабушки. И что д’Эстре, на самом деле представления не имел, чем там чокнутый маг занимался, тоже никого не волновало.

Вспыхнувший бунт грозил перерасти в полноценную крестьянскую войну. Капитан Элгард вместе с вверенными ему воинами и герцогской дружиной делал всё возможное, чтобы выступление подавить. Однако, кроме сервов за оружие взялись и городские низы, а там и большая часть герцогства. Магические вестники, отосланные д’Эстре, остались без ответа. По сути, и он, и королевский капитан оказались пленниками родового замка герцогов д’Эстре. Попытки прорваться закончились разгромом. Восставшими кто-то руководил. Кто-то умный, затаившийся в тени. Ничем иным нельзя было объяснить наличие оружия в руках восставших и отряды наёмников, оснащённых боевыми амулетами, которые внезапно оказались по ту сторону баррикад. Из трёх магов, прикомандированных к отряду Элгарда, в живых остался один, да и тот перенапрягся и восстановится нескоро.

Ходили слухи, что недалеко от Феанлиса видели оборотней, целую стаю. А ещё некий полукровка-наёмник, с отрядом такого же отрепья, рассказывал о том, как королевские солдаты зачищали Ичвудский лес. Народ проникся. Местные бароны, находящиеся в вассальной зависимости, вместо того, чтобы прислать войска и разобраться с восставшим сбродом, словно повымерли все. Трое из семерых внезапно оказались в гостях у Торнфила, ещё двое не вернулись из поездки, один оказался смертельно болен, но отряд прислал. Правда, Даниэль, глядя на присланных Сомерсом вояк, не раз и не два, помянул нечистую силу и предков барона. Если на деревенских увальней надеть кольчуги и выдать им в руки мечи, получится именно то войско, которое и было прислано вассалом на помощь герцогу. В народе про подобное говорили: “на тебе небоже, что мне не гоже”.