Voronkov - Harbin

Лиза пожала плечами. Она еще не понимала этого. Она еще одной ногой стояла в детстве, а другой пробовала нащупать ту тропинку, что повела бы ее вперед, к взрослой жизни.

– Возьми меня с собой, – неожиданно поросила она брата.

Тот как-то странно посмотрел на нее.

– Я не ослышался? – спросил он. – Нет, сестренка, и не проси. Там такой гадюшник – не приведи господи.

– Но ты же ходишь туда! – не отступала Лиза.

– Хожу – и что из того? Мне ведь все равно… Нет, Lise, говорю тебе, это все не для тебя. Я не хочу, чтобы ты видела обратную сторону жизни. Ты слишком ранима и добра. Вот и оставайся такой навсегда. Иначе ты разочаруешься в жизни.

– Как это произошло с тобой? – пристально посмотрела на Петрушу сестра.

– Да… И не только со мной, – вздохнул брат.

– Тогда зачем ты туда ходишь? – не понимала Лиза, и тут же ее охватил страх. Ведь ротмистр, наверное, тоже видел все, что там происходит! Тогда его нужно спасать. И брата спасать, и его. – Зачем ты туда ходишь? – Петр не отвечал. – Ну, говори же! – наступала сестра.

Петр покачал головой.

– Зачем тебе это знать? А впрочем… – Он махнул рукой. – Пойми, сестренка… мир катится к пропасти. Человеку мыслящему это трудно пережить, и он ищет отдушину… Или забвения… Или что там еще?.. – Он на какое-то время умолк. – Короче, каждый спасается, как может.

Лиза фыркнула.

– Ты считаешь разврат, пьянство, драки спасением? Да ты просто слабый человек!.. А вот Сергей Федорович другой.

– Брось ты! – с какой-то вселенской тоской в голосе произнес Петр. – Он такой же, как все, только делает вид, что ему хорошо.

Лизины глаза, которые еще мгновение назад выглядели больными и потухшими, неожиданно наполнились светом.

– А может, ему и в самом деле хорошо, – проговорила она. – Ну так ты возьмешь меня с собой? – повторила она свою просьбу. – Да не бойся, я не буду смотреть по сторонам и видеть всю вашу грязь. Мне бы Сергея Федоровича навестить. Как он там? Может, ему помощь требуется… – Она судорожно вздохнула. – Нет, Петр, вы все-таки звери! Настоящие звери! Так избить человека… У меня даже в уме все это не укладывается…

Петр поморщился.

– Ну, полно тебе, сестра, полно! Мне неприятно все это слышать…

– Тебе неприятно! – передразнила его Лиза. – А каково сейчас Сергею Федоровичу?

– Хорошо. Ты… пойдешь к своему ротмистру! – неожиданно заявил брат. – Только помни: если он тебя обидит, я его убью… Кстати, что ты скажешь родителям? Пошла погулять по ночному лесу?.. – Он усмехнулся. – Ну хорошо: я им скажу, что хочу познакомить тебя с приличной компанией молодых людей – идет?..

– С приличной компанией… – с издевкой повторила сестра. – Ну-ну…

– Не нравится? – спросил брат.

– Нет-нет, я согласна! – поторопилась исправить ошибку Лиза, испугавшись, что брат передумает и не возьмет ее с собой.

В этот момент дверь отворилась и в комнату вошла мать.

– Дети, это что такое? Быстренько приведите себя в порядок – и марш в столовую!

Лиза, подчиняясь материнскому приказу, тут же выпорхнула из комнаты, тогда как Петр, сославшись на плохое самочувствие, снова лег спать. Так он и проспал весь день, а вечером снова был бодр и готов к очередным подвигам. К Лизиному удивлению, просьба брата отпустить ее вместе с ним на вечеринку была воспринята родителями положительно. Дело молодое – идите. А мы тоже попробуем чем-нибудь развлечься. Давеча краем уха слышали, что кто-то партнеров для виста искал, вот мы и…

Лиза с замиранием сердца шла в этот таинственный дом, где, по слухам, творилось что-то невероятное. Уже у входа они с братом столкнулись с двумя подвыпившими девицами, которые, узнав Петра, тут же стали вешаться ему на шею.

– А вот и наш Петенька явился! Сейчас он нас угостит шампанским!

В другой раз, скорее всего, он так бы и поступил, но сейчас рядом с ним была сестра.

– Я не один – видите? – указал он глазами на Лизоньку и, тут же взяв ее за руку, повел по коридору.

В отличие от пансионата, в котором остановились Гридасовы, здешний мир был наполнен безудержным весельем. В нижнем вестибюле во всю ивановскую гремела музыка и полупьяная публика, выделывая на паркете замысловатые па, лихо отплясывала чарльстон.

– Эй, Гридасов! – завидев Петра в сопровождении юной прелестницы, бросился к нему какой-то пьяный казачок с погонами подъесаула. – Это ж кто такая будет? А ну познакомь! – оглядев Лизу с ног до головы сальными глазами, потребовал он.

– Это моя сестра, – скороговоркой проговорил Петр. – Прости, Степаненко, нам некогда.