Pepper Winters - Second Debt

Решительность наполнила мои вены. Я села в кровати и свесила ноги сбоку.

Мне потребовалось две минуты, чтобы скользнуть в легинсы для йоги и натянуть старую толстовку, перед тем я как взяла свой инкрустированный рубинами кортик и засунула его за пояс.

С колотящимся сердцем я выскользнула за дверь и прокралась по коридору.

Мои уши напрягались, чтобы услышать звуки ночных скитальцев. Я подходила на цыпочках к каждому углу и быстро пробегала мимо камер, мигающих над каждым гобеленом.

«Хоуксбридж Холл» дышал глубоко и без сновидений — свободный от обычных жильцов, позволяя мне красться под светом луны, как ни в чем не бывало.

Я нашла винтовую лестницу, по которой Джетро тащил меня, и поспешила наверх так быстро, как могла. Если бы я встала внизу и начала обдумывать все, моя храбрость могла покинуть меня.

Мои кончики пальцев покалывало, как будто они знали, что именно на этом этаже Джетро выгравировал инициалы на моей коже.

Я посмотрела на пространство над картинами, всматриваясь в мигающие красные огоньки камер. На этом этаже их еще больше, казалось они... защищали что-то. Что?

Я, как могла, проходила под ними, пытаясь оставаться вне диапазона видимости, но я ничего не знала об этом.

Джетро узнает, куда я ходила.

Он может посмотреть запись любого моего движения. И хоть я и боялась столкнуться лицом к лицу с возмездием, это не остановило меня пробраться к двери, в которую он стучался.

В момент, когда я оказалась перед дверью, мое сердце начало бешено стучать.

Что, черт подери, я делала?

Что я собиралась сделать? Постучать и вежливо спросить, зачем Джетро приходил сюда, когда убегал от меня? Я что думала, что смогу притвориться невидимой и рыскать по комнате, в то время как женщина, которую я слышала, задремлет?

«Ты идиотка».

Я застыла как вкопанная. Мне не следовало приходить.

Мои легкие сжались, когда что-то зашуршало по ту сторону двери. Мягкий свет просачивался через трещину ниже, купая ковер в теплом свете.

Я сглотнула крик, когда тень перекрыла свет, останавливаясь напротив меня с другой стороны.

Я сделала шаг назад. Глупая. Такая глупая, Нила.

Мне было небезопасно посещать любого человека в этом доме ночью. Мне хотелось ударить себя, потому что я была такой глупой. Я подвергала себя идиотской опасности.

Я потянулась к своему припрятанному ножичку и повернулась уйти. От страха моя кровь заледенела.

Чем быстрее я вернусь в свои покои, тем безопаснее для меня.

— Знаешь, а ты можешь войти, — тихо произнес женский голос.

Я замерла.

Мы обе замолчали, ожидая, когда кто-нибудь из нас проронит хоть слово.

Казалось, минута длилась бесконечность, прежде чем вновь послышался голос:

— Я никому не скажу и не причиню тебе вреда. Я вижу, как ты таишься за дверью. У меня установлена камера, и я вижу все, что происходит за дверью, и если, конечно, ты не хочешь убежать и притвориться, будто ничего не было, я убедительно прошу тебя зайти внутрь, пока мои братья или отец не увидели тебя.

Мой желудок скрутило, тошнотворная волна вертиго парализовала меня. Я шагнула вперед, хватаясь за стену.

Я втянула воздух, повторяя стишок Вона.

Найди якорь и держись.

Сделай так, не торопись.

Сделай так и все пройдет,

Тебя якорь вмиг спасет.

Чары испарились так же быстро, как и появились. Это взбесило меня. Я думала, что научилась лучше их контролировать. Оказалось, что мое тело играло со мной. Заставив меня поверить, что у меня на одну проблему меньше, когда на самом деле вертиго просто выжидало время.

— Ты не очень хорошо выглядишь. Входи. Пожалуйста. Давай поговорим. — Мягкий голос подбодрил меня и соблазнил, и я жаждала посидеть где-нибудь мгновение.

Стиснув зубы, я повернула дверную ручку и вошла в комнату, куда ходил Джетро.

Я оглядела огромное пространство. Лимонные, серые цвета и разноцветный ковер. Окно обрамляли шторы с геральдическими лилиями, а под окном находился диванчик, на который с легкостью поместилась бы целая семейка «книжных червей», чтобы свернуться на нем и почитать.

— Ты, должно быть, новенькая Уивер.

Я прикусила губу, вращаясь на месте. Сначала я упустила, где она. Она была такой неподвижной, так хорошо скрывалась в уютном декоре.

Я обнаружила, что она сидит у своей кровати, в большом кресле и с покрывалом кораллового цвета на коленях.

— Тебе нечего бояться. Я удалю запись. Никто не узнает, что ты была здесь.