Кэтрин Брикс - Unknown

- Если ты сейчас не откроешь, мне придётся выломать дверь! – продолжает кричать Миша.

Я не хочу его слышать и тем более видеть.

- Оставь меня в покое! – кричу в ответ и встаю с пола.

Захожу в ванную и умываюсь холодной водой. Поднимаю взгляд и смотрю на себя в зеркало. Ужасный вид. Под потерявшими блеск глазами залегли темные круги, а щеки слегка впали. Только сейчас вспоминаю, что последний раз ела во время обеденного перерыва на работе. Ребенку нужна еда, но из-за нервов мне даже кусок в горло не полезет.

Даже из ванной слышно, как Миша продолжает колотить по двери. Я не собираюсь открывать. Не знаю, который сейчас час, но уверена, что Миша не просто так пытается до меня достучаться. Наверняка скоро самолет, поэтому я буду тянуть время так долго, как смогу, чтобы опоздать на рейс и не улететь из страны. Ян должен найти меня.

Ян

Я просыпаюсь от шума голосов. Кира? Определенно, это ее голос. Зачем она пришла? Натягиваю спортивные штаны. Только я успеваю это сделать, как дверь с грохотом ударяется об стену.

- Как спалось? – слышу позади ее пронзительный голос.

Собираюсь с силами. Мне предстоит еще один неприятный разговор.

- Нормально, - разворачиваюсь.

- Боже мой! - шепчет она.

В комнате появляется мама Вики. Я начинаю волноваться.

- Ян, какой ужас! Кто тебя так избил? - Оксана Степановна медленно подходит ко мне.

- Сволочь! Это он. Ненавижу его! - шипит Кира.

Мое волнение возрастает.

- Где Вика? – решаюсь, наконец, спросить.

- Она была вынуждена поехать… - разворачивается к Кире. Она молча кивает в ответ.

- Миша сказал, что отпустит тебя, только если Вика приедет к нему, - голос Оксаны Степановны начинает дрожать.

Во мне просыпается страх. Каждая клеточка тела кричит об этом.

- Мы не знаем, где Вика, - продолжает за нее Кира. - Вчера пришло сообщение с ее номера. Но я не верю, что это написала Вика. Она не могла в здравом уме отправить такой бред.

Мое сердце бешено колотится. Неужели я попался на удочку Миши?

- Покажи сообщение, - прошу я.

Роется в сумочке, а затем протягивает мне телефон.

«Кира, не переживай за меня. Наконец-то я счастлива по-настоящему. Мы с Мишей уезжаем в Австрию. Как только приземлимся, напишу тебе».

Этот урод сказал мне то же самое. Но почему тогда Кира и Оксана Степановна разыскивают Вику? Я не знаю, что думать. Мысли путаются. В голове каша.

- Он сказал, что Вика вернулась к нему, - поднимаю глаза.

Кира качает головой.

- Неужели ты поверил ему? - смотрит на меня с презрением.

Перевожу взгляд на Оксану Степановну.

- Миша был в Испании во время нашей ссоры с Викой?

- Да, - тихо произносит она.

- Значит, то, что написала твоя подруга, – правда, - отдаю телефон Кире.

Тошнота подкатывает к горлу.

- Это ложь, - кричит Кира.

Ее визг отдается болью в голове. Закрываю глаза и тру виски.

- Она любит тебя, а ты… Как ты можешь сомневаться? – тихо произносит Кира.

Открываю глаза и встречаюсь с пронзительным взглядом карих глаз.

- Могу.

- Ты с ума сошел, или тебе последние мозги вытрясли? - кричит рыжая.

- Кира, - вступается Оксана Степановна.

- Да как он может даже мысль такую допускать?

- Как? А я тебе объясню, - мое терпение лопается. - Когда тебе под нос суют фото твоей девушки с другим парнем; когда ты понятия не имел о том, что он приезжал к ней; когда узнаешь, что она ждет ребенка. Что я, по-твоему, должен думать? – кричу я.

Скулы сводит от напряжения. Я в гневе. Меня трясет от злости. Такое ощущение, что у меня лихорадка. Нас разделяют сантиметры. Я читаю шок на ее лице.

- Ты придурок! - Кира издает смешок. - Вика скрывала от тебя это, потому что не хотела расстраивать. У тебя умер отец. Какие могут быть разговоры о Мише и его преследованиях?

- Преследования?

- Да, - кричит в ответ, - он проходу ей не давал, звонил, писал, караулил после работы, - ее тон смягчается. - Она боялась твоей реакции. Не хотела расстраивать. А ты... – устало вздыхает, а затем продолжает, - и ребенка она носит твоего.

Комната плывет перед глазами. Втягиваю ноздрями воздух.

- Ты знала о беременности? - шепотом спрашиваю я.

- Вика беременна? - вклинивается в разговор Оксана Степановна.

Мы слишком заняты диалогом, чтобы обратить на нее внимание.

- На свой день рождения Вика сказала, что у нее задержка. И, судя по твои словам, вы скоро станете родителями, - из ее глаз текут слезы.

- Мммм, - хватаюсь руками за волосы и тяну. Черт! Черт! Черт! Не прощу себя никогда! Как я мог ему поверить?