Р.Д. Левис - Картер

Но я слишком сочувствовала его эмоциям. Он так много значил для меня, что я не могла просто оттолкнуть его и попросить личного пространства. Я жаждала его, понимаете? Я брала от него все, что он мог дать, независимо от того, насколько мало это было. Он был мои наркотиком, и я могла выдержать некоторые грубые моменты.

Когда его губы коснулись моей щеки, я почувствовала, что его дыхание пахнет зубной пастой, его мокрые волосы щекотали меня. Он засыпал. Ведь было уже четыре часа утра, а он, скорее всего, не спал большую часть ночи.

Я повернулась к нему лицом, и он поцеловал меня медленно и мягко. Это было совсем не так, как когда он действительно желал моих прикосновений. Я повернулась к нему и обняла за шею, и он склонился надо мной.

Нетерпеливо он раздел меня и снял свои трусы. Он был твердый и готовый, и отчаянно прижимался между моих ног, когда он поцеловал меня сильнее.

— Пожалуйста, позволь мне…— прошептал он мне в губы.

Я кивнула.

— Конечно.

Он ворвался в меня, сжимая мои бедра одной рукой. Он застонал и замер, прижав свой лоб к моему, когда он задыхался около моих губ. Мне было трудно удерживать его, и я подняла свои бедра ему на встречу, поощряя его взять меня.

Он так и сделал. Медленно и нежно. Другой рукой, сжимая мои волосы. Это не продлилось долго. Мы потеряли себя, уступив обоюдному желанию. Он пытался забыть что-то, и я пыталась вернуть его себе. Мы брали друг друга по абсолютно разным причинам, и я не беспокоилась в данный момент. Я просто хотела притвориться, что это было что-то большее.

Мои пальцы впились в его плечи, и я кончила в тоже время, что и он. Нас накрыла огромная волна наслаждения.

Все это умерло и исчезло в тишине. Он не отстранился от меня сразу, но он отвернулся, скрывая выражение своего лица. Я чувствовала его учащенное сердцебиение. Я задумалась о том, что он скрывал. Я устала от неизвестности.

В конце концов, он поднялся с меня и, крепко обняв меня, поцеловал в плечо. После минутного молчания он вдруг прошептал:

— Это был мой отец, тот, кто звонил мне.

— Зачем?

— Он пытается все исправить. Я сказал ему отвалить, и он взорвался, упомянул мою маму. Упомянул вещи, которые случались, пока она была жива. Черт, это дерьмово. Я чувствовал себя огорошенным. Я позволил ему добраться до меня.

Я хотела, чтобы он продолжал, но он остановился на этом.

— Я не должен был разговаривать с тобой так. Я не знаю, о чем я думал. Я сожалею, Лия.

— Все хорошо.

— Нет, не хорошо. Я не могу позволить себе испортить наши отношения. Иногда я думаю, что ты — это единственное, что у меня есть, — вздохнул он и прижал меня к себе. — Без нашей дружбы я бы свихнулся.

Я медленно выдохнула и закрыла глаза.

Снова это страшное слово. Я удивлялась, как он мог говорить так после того, что мы только что делали. Он был сумасшедшим. Или это я была. Черт. Я слишком сильно устала, чтобы разбираться.

— Ну что же, я здесь, — смогла прошептать я.

Он прижал меня к себе и держал так некоторое время. А потом он снова ушел, когда я начала засыпать.

Картер

Есть граница, и я не собираюсь ее пересекать.

Если я оттолкну всех, то никто не будет иметь власть, чтобы разрушить меня.

Глава 14

Лето 2008

19 лет

— Простите, — сказала девушка, прикасаясь к моему плечу. — Можете ли вы мне подсказать, кто из тех парней Картер Метисон?

Я отвернулась от столика, который обслуживала, и увидела двух девушек, стоящих передо мной. Они жевали жвачки, широко улыбались и бесстыдно таращились на дальний столик. Я глубоко вздохнула, так как уже в десятый раз отвечала на этот вопрос сегодня.

— Тот, в черном.

— В кожаной куртке, — завизжала одна из девчонок, — Черт, я знала, Энн. Он самый горячий из них. О, мой бог! Спасибо, Мелани.

Мелани? Я посмотрела на имя на своей форме. Тьфу, я снова взяла одну из ее форм. Она складывала свою форму с моей, так как ее стиральная машинка сломалась. К тому моменту, как я открыла рот, чтобы поправить их, девушки уже давно ушли. Вероятно, к столику Картера, чтобы заигрывать с ним. Я старалась не смотреть в ту сторону, так как уровень моей ревности мог превратить меня в маньяка.

Просто спустя семь месяцев после того, как Фатальное Восстание было сформировано — как человек я ненавидела это название, — они были на устах в каждой семье в Абботсфорде. По крайней мере, у молодого поколения. Бар был наполнен студентами колледжа и кучей девушек. Они слетались поглазеть на Картера как мухи.