ЛАУРА ТОНЯН - МОНА

- Мы никогда не были друзьями. Мы вместе работаем, - отрезаю, опустив голову и намочив слегка волосы.

Я провожу по ним ладонями, разбрасывая влагу по каждой короткой пряди. И все равно их пора стричь, поскольку отросшие концы достигают уже основания шеи, а мне это не совсем нравится.

Марго встает за моей спиной, я могу видеть ее отражение в зеркале. Ненастоящий, виноватый вид. А может, настоящий… Да мне плевать! Если ей хочется спать дальше с моим отцом, пускай спит! Пусть развлекается с ним, пока нужна ему, но вскоре он выбросит ее из своей жизни, как и всегда поступает с женщинами, считая, что так и полагается делать звезде шоу-бизнеса. Обиднее всего то, что мы действительно с ней хорошо общались, я рассказывал Марго прошлым летом, как отец все время бросает в лицо то, что сделал для меня, то, что был рядом, когда маме было плохо, когда она умирала… И Рита понимала меня. Казалось, понимала… поддерживала. И как только увидела этого придурка с длинными волосами, тут же прыгнула к нему в койку, а рассказать мне об этом удосужилась лишь недавно, что и испортило наши отношения.

Бесповоротно.

- Лаванда, я понимаю, что ты злишься…

Повернувшись к ней, я выставляю вперед предупреждающе указательный палец.

- Не называй меня так, - произношу практически по слогам, чтобы она поняла, что так я разрешаю обращаться к себе лишь друзьям.

Она согласно вскидывает ладони, но продолжает стоять там же, где и стояла, продолжает на меня смотреть. Все, я уже устал от этого, серьезно. Не хочу я больше ни папы, давящего на меня, в своей жизни, ни его глупых любовниц.

- Надеюсь, - подойдя к своему рюкзаку, смело озвучиваю мысль, - что папаша подарил тебе незабываемые ощущения.

Досадливо усмехнувшись, я застегиваю рюкзак, предварительно поместив в него все вещи, принадлежащие мне. За ремень забрасываю его на плечо и прохожу к выходу, но у арки моментально оказывается Марго, которая наивно полагает, что своим хрупким телом сможет противостоять моему уходу.

- Давай на этой веселой ноте, - иронично начинаю я, - закончим эту утомительную для меня беседу.

И я прорываюсь, оттолкнув несильно Риту, иду вперед по коридору, жалея о том, что в мой выходной, в то время как Лола отдыхает на свадьбе друзей со своим мужем, я согласился выйти на работу, потому как один какой-то там идиот решил не приходить. Ладно, но уже глубокая ночь, почти утро. И я ухожу отсюда.

- Герман, подожди! – менеджер бежит за мной, даже когда я открываю дверь, выходя в гостевую часть, в которой, конечно, больше никого нет.

Останавливаюсь, не в силах бороться с собой, у маленького прохода, небольшой дорожки, по обеим сторонам которой выросли высокие стены. Здесь я впервые столкнулся с Лолой, посмев посетить уборную для гостей. Та наша встреча не состоялась бы, не прими я тогда это решение.

Марго воспринимает мою сентиментальность, связанную только с личными переживаниями, за то, что я готов слушать ее, но я не собираюсь. Она снова нагоняет меня, а ведь только успела отдышаться, остановившись у дверей в мужской и женский туалет. Я, выйдя, через большие стеклянные двери, сталкиваюсь с густой ночью и по гравийной дорожке иду к посту охраны, но Марго не отстает.

- Хватит! – резко остановившись, я поворачиваюсь к подстилке своего отца, и она чуть было не врезается в меня, но держится крепко на ногах, тоже встав, как вкопанная.

- Герман, ты можешь меня выслушать?

- Я ничего слушать не хочу от тебя. Я просто с тобой работаю, я твой подчиненный! А ты – моя начальница. Вот и все, - выдыхаю, осознав, что превысил допустимую громкость своего голоса в стенах отеля.

Не нужно было так кричать, ведь гости спят в своих номерах, они могут пожаловаться, за что у меня могут вычесть из зарплаты какую-то часть, а то и вовсе уволить.

- Герман…

- Все, - быстро говорю я, скрещивая руки, - все. Баста!

Она подбегает и, схватит меня за локоть, смотрит прямо в глаза мне.

- Да послушай же ты, идиот! Я люблю его!

Предполагаю, что теперь и Марго рискует остаться без работы.

- И он, - дрожащей ладонью, менеджер указывает мне за спину, - он… там…

Я поворачиваю голову, с ужасом замечая, как горят фары иномарки у шлагбаума. Да, это мой папа. Какое идеальное окончание рабочей смены. Вырвав локоть из захвата Марго, я в последний раз смеряю ее недовольным взглядом и смело шагаю навстречу охранникам. В их тесной будке я показываю секьюрити свой рюкзак, забираю из камеры хранения телефон, кошелек, ключи от дома и, попрощавшись, выхожу оттуда.