Дерьмо. Все это дерьмо собачье. Пойди Джефф дальше, то по уши бы увяз. Одна ночь многое значила. Тем более что у него не было каких-либо ожиданий, только желание защитить свою сестру, а он случайно встретил кого-то жизненно важного и не мог себе представить, что не увидит Кэрин или не услышит ее смеха вновь.
Это была самая долгая, самая важная ночь в его жизни.
Джефф застегнул рубашку, надел носки и ботинки, но все же не стал спускаться вниз. Он давал им время, которое было нужно. Умный человек не станет лезть в грязные супружеские разборки. Слишком поздно. Меньшее, что он мог сделать – сопротивляться чувству собственничества и желанию потребовать, чтобы Кэрин выбрала его, а не мужа.
Гребаного мужа .
Но Джефф был близок к этому. Очень близок. Когда Кэрин назвала его другом, и ее холодное выражение лица стерло страсть, которую она так беззаботно проявляла всю ночь, Джефф заставил себя сделать гигантский шаг назад. Кэрин была не его проблемой, а просто женщиной, с которой он спал.
Все верно.
Услышав звуки шагов на лестнице, он вскочил с места. Но осознав, насколько обеспокоенно выглядел, заставил себя сесть на задницу и подождать.
Кэрин вошла в спальню неуверенной поступью, будто ожидая, что Джефф будет выяснять отношения. Хотя она не осталась стоять в дверном проеме, но сохранила большое пространство между ними, больше, чем вчера. В том числе в кафе, когда они были совершенно незнакомы.
Решила, что теперь ей нужна дистанция.
– Ты все еще здесь, – сказала Кэрин, сунув руки в карманы своего халата.
– Я вышел из того возраста, чтобы выпрыгивать из окна спальни с брюками вокруг лодыжек.
– А зря. Думаю, соседям пошла бы на пользу такая встряска.
Абсолютная прямота ее слов ослабила напряжение внутри. Чтобы не притянуть Кэрин в свои объятья, Джефф решил понаблюдать за ней. Волевые черты подбородка, тени под отчаявшимися глазами, девушка стояла словно вкопанная, будто сломается, если не будет держаться совершенно прямо.
Она была намного сильнее, чем большинство женщин, которых он знал. Слезы, которые застилали ей глаза, не умаляли его мнения. Отнюдь. Джефф хотел поздравить ее.
«Наконец-то».
Наконец-то, она открыла окно для чувств, которые так долго прятала в себе. Во время их долгого разговора ночью, они обсудили много всего. Кэрин повторяла снова и снова, что ни разу не плакала. Заявляла об этом, реально, как о подвиге. Зачем рыдать из-за того, что нельзя изменить? Какая польза от этого?
Но вот она стояла, ее губы дрожали, она выглядела такой отважной, что Джефф удивился, почему никогда раньше не рассматривал слезы, как неопровержимое доказательство силы.
Кэрин не убегала. Сталкивалась с проблемой лицом к лицу. Не хоронила себя в работе или в жизни других людей. Просто жила сегодняшним днем.
Джефф уперся руками в бока и ждал, когда успокоится его сердцебиение. Когда этого не произошло, он сдался. « К черту» .
– Я не хочу, чтобы ты возвращалась к мужу.
– Даже если это пойдет на пользу твоей сестре, – произнесла она пустым тоном.
– Нет. Ей нужно сделать свой собственный выбор. Я больше не пререкаюсь с Дейзи. Думаю, мне просто необходимо было себе об этом напомнить.
– Это единственная причина? Только потому, что ты настолько жестко трахаешься, что у меня болят зубы, не рассчитывай получить от меня то же самое.
Джефф не ожидал, что улыбнется.
– Жестко? Это я еще старался быть понежнее. Не стану отрицать, я чувствую... – Кэрин остановила его, покачав головой. – Лишь то, что чувствую.
– Чувствовать бывает чертовски трудно.
Кэрин подошла, села рядом с Джеффом на кровати, коснувшись его бедра своим, прикрытым махровой тканью.
– Да, ты права.
Между ними повисла тишина. Болезненная, ноющая. Слишком глубокая, учитывая, что двадцать четыре часа назад Джефф едва знал о существовании Кэрин.
Она потянулась и взяла его за руку, сплетя их пальцы вместе. Был ли это жест единства или просто манера прощания, он не знал.
– Ты слишком хороша для него.
Джефф не смотрел на Кэрин. Не тогда, когда их сплетенные руки выглядели настолько захватывающе. Не тогда, когда понимал, что не сможет говорить, если взглянет в лицо всей ее силе и разобьет голову об отсутствие собственной.
– Не думаю, что я так хороша, как полагала. Но я ценю, что ты... – ее пальцы дернулись, – стал моим другом. У меня давно не было друга.
– Дело не в дружелюбии, черт возьми, – сказал Джефф тихо, но только потому, что не хотел кричать и пугать Кэрин до усрачки. – Я хочу быть твоим любовником. Хочу больше ночей, как минувшая, и хочу знать, что ты не считаешь меня каким-то гребаным падшим ангелом, чья единственная миссия – исцелить твою сломанную сексуальную жизнь.
Читать дальше