Кротков Антон - Аннотация

Одиссею захотелось как‑то утешить старика. Но пока он искал подходящие для этого слова, генерал удивил его новостью:

– Сегодня ко мне приходил человек от Них. Ну вы понимаете… Я имею в виду людей, которые полагают, что мы с вами марионетки в их ловких руках. Этот человек пришёл проинструктировать меня о дальнейших действиях.

– Он и есть таинственный Джокер?

– Не знаю, – произнёс генерал с нескрываемой досадой. – Едва мы начали беседу, как посланец заговорщиков вдруг сослался на проклятую забывчивость и сообщил, что у него оказывается есть какое‑то срочное дело, и мы закончим наш разговор через пару дней, когда он снова навестит меня. Причём уходил он с такой поспешностью, что это скорее напоминало бегство.

– Странно.

– Ничего странного – с ещё большим раздражением произнёс генерал. – Признаться, я был в таком раздрае, что допустил несколько раздражённых и откровенных реплик в адрес всей их шайки. Стар я что ли стал для шпионских игр, нервы уже ни к чёрту!

По тону старика Одиссей почувствовал, что это ещё не конец истории, и поинтересовался:

– За этим что‑то последовало?

– Через два часа после его ухода ко мне в номер постучал штабной курьер. Он сообщил, что меня ожидают в канцелярии департамента боеприпасов, чтобы завизировать наряд на получение патронов и ручных гранат для нашей группы. Я давно ждал этого, поэтому немедленно оделся и отправился в данное учреждение. Каково же было моё удивление, когда чиновник, чья подпись красовалась на пакете, удивлённо сообщил мне, что никого ко мне не посылал. Вот тогда то я окончательно осознал, что спугнул связника. Я поспешно вернулся в гостиницу и застал свою комнату в полнейшем беспорядке. Кто‑то вломился туда в моё отсутствие и устроил настоящий погром.

– У вас что‑то похитили?

– Да что у меня красть – удручённо пожал плечами генерал.

– Но может всё‑таки что‑то пропало?

– Из кармана френча исчезла игральная карта, что вручили мне эти негодяи – неохотно признался генерал. – Пропал также журнал экспедиции, который я начал вести со дня отлёта из Москвы, и в котором день за днём подробно описывал самые важные события.

«Они больше не доверяют вам, вы должны быть теперь особенно осторожны» – хотел сказать начальнику Луков, но передумал, решив, что опытный разведчик и без него это уже понял.

– Ладно, не буду вам мешать спасть, вы ведь устали. Честь имею. – генерал устало поднялся и щёлкнул каблуками, собираясь уходить.

– Да помилуйте! Что вы Анри Николаевич! – попытался задержать его Луков, чувствуя, что старику важно выговориться, не остаться теперь одному наедине со своей тоской.

– Останьтесь! Тут в гостинице работает одна милая женщина, так я попрошу её принести нам чаю.

В глазах старика Одиссей увидел отеческое тепло:

– Вы чем‑то напоминаете мне сына. Я часто бывал к нему несправедлив: хотел выточить его по своему образцу. А теперь понимаю, что он итак взял всё лучшее от меня, сохранив при этом себя. Жаль только, что я понял это лишь теперь, когда у меня нет возможности даже написать своему Серёже о сделанном мною запоздалом открытии.

В порыве чувств старик расстегнул карман френча и вытащил оттуда сложенный лист бумаги и протянул Лукову:

– Это так – на всякий случай. Не считайте, что я испугался их. Но если со мной вдруг что‑то случиться, я хочу чтобы вы передали это письмо сыну, коль представиться такая оказия. Мне кажется, я достаточно хорошо узнал вас. И могу вам полностью доверять. Со временем вы станете таким же, как и я в молодости, только намного лучше. Потому что вы чище, благороднее. И тоже будете больше всего на свете желать оказаться на спине потрясающего чистокровного скакуна, чтобы промчаться на нём по степи, сколь вашей душе будет угодно.

Генерал также почему‑то решил подарить Одиссею свою бритву фирмы «Бауэр и сыновья». При этом сказал, грустно улыбнувшись:

– Будете бриться, вспоминайте меня. А я решил отпустить ещё более пышные усы и бороду. Хочется выглядеть настоящим аксакалом. Так что бритва в ближайшее время мне не понадобится.

На следующий день все запланированные накануне дела и встречи неожиданно отменились из‑за срочного совещания, на которое командующий фронтом собрал весь свой штаб. Таким образом, у Лукова и генерала образовался полностью свободный день. После завтрака было решено прогуляться по городу. Генерал вызвался показать молодому товарищу местные достопримечательности. Оказывается он служил здесь целых семь месяцев вскоре после окончания русско‑японской войны. И потом несколько раз бывал по делам службы.