Бомж, продолжая орать, кинулся куда-то вглубь дворов. Я посмотрела ему вслед, а потом опасливо покосилась в темный провал подворотни.
- Нам же туда не надо?
- Как сказать… - вздохнул Мик. - Если это тварь скверны, которая сумела сбежать от охотников, то ликвидировать ее - наша обязанность, как первых, кто на нее наткнулся. Опасности я не чувствую, тут ее не больше, чем у тех собак, со второго твоего задания.
- У меня просто с недавних пор фобия на темные подворотни, - проворчала я, крепче прижимаясь к Миковой куртке. - А что, бывает, что тварь скверны убегает? И куда она девается потом?
- Бывает, убегает, а бывает, что ее никто и не ловил. Особенно мелочь. Всё же Мастеров очень мало, - Микаэль пожал плечами. - Эти твари либо цепляются к слабым или совсем маленьким детям, подловив их в момент злости и обиды, либо сливаются друг с другом, образуя тварюшку покрупнее. Обычно это случается во время войны, когда смертей много, тварей много, за всеми просто не успеть.
Мик прищурился в темноту и как-то болезненно скривился, но продолжил:
- Если искатели прозевают слияние такой твари, она станет почти разумной. И уже сама будет провоцировать всплески скверны, чтобы подпитать себя. Погромы, массовые казни, войны… не на пустом месте начинаются. Вот такой замкнутый круг, люди порождают скверну, люди и страдают.
- Как-то очень пафосно звучит, - я с еще большей опаской всмотрелась в темноту, размышляя над услышанным.
- Это из учебника… - немного смутился Мик. - А если по-простому, то люди и прочие существа сначала рождают очень маленькую скверну. Потом цепляют на нее другую, побольше. Потом, если душу не очистить, такая тварь будет стремиться стать сильнее, и провоцирует… и растет. А потом Мастерам приходится устраивать массовый рейд против отъевшегося монстра. Мы, кстати, тоже будем обязаны участвовать.
- Догадываюсь… ты точно уверен, что здесь она маленькая?
- Запах едва заметный. Если ты постараешься и перестроишь восприятие, как я тебя учил, - сама почувствуешь. Благо, никому еще не встречалась тварь, умеющая маскироваться… наверное.
- Ну спасибо! Ладно… пошли посмотрим? - решилась я наконец.
Но никуда мы так и не пошли, не успели просто. В подворотне загремело, завизжало, взвыло параходной сиреной, и прямо нам под ноги метнулась… АААААА!
- Опять?! - мрачно спросил Мик, даже не пытаясь снять меня со своей шеи. - Ирина, цвирк, конечно, не самое приятное животное, но опасности от него для нас нет.
- Он просто страшный, - не менее сумрачно констатировала я, сползая с него, как с дерева. - Тьфу, пропасть!
Цвирку на мой плевок вслед было наплевать, а вот выбравшийся из подворотни здоровенный, грязно-белый кот с наглой мордой смерил меня оранжево сверкнувшими глазами с пренебрежением потомственного аристократа, обнаружившего в своем поместье неучтенную крестьянку.
- Сам такой! - обиделась я. - Мик? Пошли домой, это не скверна, это просто вредитель. Мик?!
- Кот…- мой спутник как-то хищно посмотрел животину. - Кот, который прогнал цвирка…
- Нафиг! - совершенно искренне замотала я головой, еще раз встретившись взглядом с помоечным властителем. - Только его нам в комнате и не хватало!
- Но… - парень практически облизнулся, - Сотни средних кубов… долг закроем… мясо купим… много!
- Да фиг ты его поймаешь! - я уже с некоторым сомнением покосилась на величаво умывающегося у стены кошака. - Это же не просто кот, это… ветеран борьбы за жизнь! Да он таких, как мы, между задних лап сто раз видел!
Мик посмотрел на меня прищуренными глазами и присел на корточки, играя с котом в гляделки.
- Пообещай ему много мяса и бабу, - не удержалась я от сарказма.
- Да подожди ты, - отмахнулся Мик, и… перешел в ментал. Ух ты! Э… а я почему не догадалась?
Разговор вышел весьма интересный, надо сказать. Главное, я все поняла…
“У нас есть еда” - Мик в красках представил куриную грудку. Кот только фыркнул и представил вкусную, только что убитую крысу с тёплой кровью, снабдив картинку ощущением пренебрежения.
“У нас есть кошка” - не отставал Мик, демонстрируя портрет Сосиски, призывно оттопырившей попу и загнувшей хвост кренделем. Но Кот показал гарем из разноцветных прелестниц, особенно отмечая одну, длиннолапую, что одной левой забивает голубя.
- А наша зато цвирка прогнала одной левой! - не утерпела я, напрочь потеряв связь с реальностью и на полном серьезе разобидевшись за Сосиску.
Мик лишь кивнул и в подробностях представил, как наша Барамунди бьется с инопланетной крысой, а затем умывается и потягивается.
Читать дальше