Зяма Исламбеков - Unknown

развозку отдыхающих из санатория на море и обратно. Рейс длился

не более 15 минут.

317

Уже в 930 Монзиков с Садыком плюхнулись в море на пляже

санатория "Волна". Свои вещи и купленные у входа на пляж двух-

литровые бутылки с пивом "Очаково" они бросили у воды прямо на

гальку. Окунувшись и не дожидаясь того, когда их тела обсохнут,

друзья залпом выдули по бутылке холодного пива и отправились

бродить по пляжу в поисках новых встреч, приключений, а может

быть и своих старых вещей, которые ими были оставлены километ-

рах в 15 от санаторного пляжа.

Я не знаю, прав был китайский мыслитель Конфуций, гово-

ривший, что тяжело искать черную кошку в тёмной комнате, осо-

бенно, когда ее там нет, или неправ, но, как говорится, надежды

юношей питают.

Ведомственный санаторий "Волна" испытывал финансовые

затруднения, вследствие чего 30% от всего числа путевок шло

МВД, а остальные 70% - на продажу различным ведомствам и ми-

нистерствам по рыночной цене. Садык купил свою путевку через

профсоюз Кольской АЭС и наивно полагал, что за 850 долларов он

получит качественный отдых и приятную компанию. Что касается

компании, то Монзиков ему даже чем-то импонировал, а вот хоро-

шего сервиса он пока так и не увидел.

На пляже в разных местах валялись штабелями сломанные

топчаны, шезлонги. Солярии были в аварийном состоянии. Надеж-

ными были, в основном, бетонный каркас и вмурованные в него

металлические быки, предназначение которых было весьма и весь-

ма туманно. Обычно к таким быкам крепятся швартовые, но соля-

рий – это не пристань для лодок и катеров. На его верхней палубе

были лежаки, рассчитанные либо на подростков, либо на лилипу-

тов, поскольку в распрямленном положении на них мог поместить-

ся лишь гигант в 165 см роста и весом не более 60 кг. В противном

случае лежак мог сломаться, а отдыхающий получить травму. Ме-

таллические конструкции - лестницы для схода в воду, перилла, поручни – практически все были либо сломаны, либо просто-

напросто отсутствовали. В кабинках для переодевания были дыры,

через которые хорошо просматривались фигуры. Особой популяр-

ностью пользовались кабинки для переодевания женщин. Высота

кабинок была рассчитана на девочек двенадцатилетнего возраста.

Между полом (песком) и началом заборной части было отверстие

по всему периметру высотой в 35 – 40 см. Именно поэтому, когда

заходили женщины для переодевания, им приходилось сгибаться в

318

трипогибель, но когда они снимали или надевали трусики, их тела в

какой-то момент времени распрямлялись и весь пляж созерцал об-

наженные груди.

Метрах в 10 от воды стоял трехэтажный корпус, который

раньше принадлежал санаторию "Волна", но в период массовой

приватизации он был продан местному кавказцу – Гиви Петхалии,

который сделал в нем евроремонт и сдавал москвичам по 40 долла-

ров в сутки с человека за проживание. Вход в корпус был ограни-

чен, зато на крыше дома располагался солярий для нудистов, кото-

рым мог воспользоваться любой, кто знал о наружной лестнице, ведшей снизу на самый верх крыши. Лестница была широкой и не-

крутой.

Монзиков первым заметил лестницу и предложил Садыку

подняться наверх, чтобы с крыши рассмотреть, как следует женщин

в кабинках для переодевания. Садык, отдыхавший последние пять

лет в санатории "Волна", никогда не пробовал залезть на крышу

трехэтажного корпуса. Зато он знал места, откуда из бинокля мож-

но было подглядывать за голыми бабами. Для этого надо было

лишь перейти железную дорогу, которая пролегала в 50 метрах от

берега моря, забраться в укромное место и начать обозрение. Би-

нокль находился в номере, т.к. сборы на пляж были стремительны-

ми и непродуманными.

Когда мужики с легкой одышкой поднялись наверх, то они

обалдели. Их взорам предстали томные, абсолютно нагие женские

тела нудистов, которые лежали и ходили, мазались кремом и дела-

ли друг другу массаж. Что интересно, у мужиков не было даже ма-

лейших признаков возбуждения. Их достоинства не то, что висели,

они просто безжизненно болтались между ног. Они ещё не успели

опомниться, как к ним подошла миловидная женщина бальзаков-

ского возраста и сказала: "Так, мальчики! Либо вы раздеваетесь и

загораете, либо проваливаете вон отсюда. Нечего пялиться на го-

лых баб! Понятно?"

- А мы – это… Мы только вот, - виновато промямлил Монзи-