Zagortsev - PREDATELI

- Блля, не успели, - сказал матрос-охотник. – Всё-таки пальнул, но связаться, по-моему, не успел, вот станция и, вроде, выключена. Надо взводнику отнести. Ух тыыы, вот это винтовочка, а прицел!!!

Пальцы в грязных шерстяных перчатках бесцеремонно вырвали из мёртвых объятий последнего владельца винтовку...

"шайба"

Связист Паша лежал на плащ-палатке лицом к верху. Ноги в грязных коротких сапогах вытянуты. Рядышком сидел Кошкин и, немного наклонившись над телом товарища, что-то тихонько говорил вслух:

- Вот, вечно такая хрень, ну как так можно? - матрос шмыгнул носом, достал из кармана бушлата растрёпанную сигарету без фильтра, скрутил кончик, прикурил и продолжал, вглядываясь в неподвижное лицо связиста. - Ну почему, а? Почему? Здоровый крепкий мужик, отменный связист, прекрасный морпех, связь давал в любых условиях, а тут?

Кошкин помолчал, затягиваясь горьким дымом, и продолжил разговор сам с собой:

- Паша, Паша, кто же мог подумать, что тебя на этом выходе эх... потянет на гомосятину. Это же надо, в боевой обстановке накинуться на ротного и попытаться ему присунуть...

- Бляяя, Кошаак, как ты достал, собака, - ответил Паша и, кряхтя, перевернулся на бок. – Ёпть, синяк на спинище – пипец. Неприятно ноет так, - связист со вздохом осмотрел бренные останки своей "сто пятьдесят девятой", развороченной прямым попаданием. Станция спасла жизнь Паше, но сама героически погибла, мероприятия по технической реанимации были бесполезны.

Матрос Кошкин недоуменно покачал головой и, вкусно затянувшись сигаретой, продолжил:

- Паша, вот ты, честно говоря, просто придаток к технике связи. Тебя или жалкое подобие тебя ещё нарожают и призовут в армию, может даже быть, и на флот, может быть, даже в морскую пехоту, но вот радиостанция, она же денег стоит, дорогая, наверное, хоть и неказистая. Благодаря всяческим волнам, которые она испускает, мы и артиллерию наводим, и жрачки можем попросить, а от тебя какая польза? Только и можешь на ротных кидаться под видом спасения офицерского состава...

Матросы продолжали вяло переругиваться между собой, рота заняла круговую оборону.

Булыга и Ануфриев, склонившись над картой, что-то яростно обсуждали. Минут через пять должна была подойти разведгруппа лейтенанта Степного. Пуля снайпера разбила основную ротную радиостанцию с блоком засекречивания, через которую работали с Ханкалой и приданной группой спецназа. В роте имелось ещё две радиостанции "Р-159", одна находилась у Степного, одна во взводе, обеспечивавшем тыловое охранение ротной колонны. В принципе, связь между подразделениями была, но блок засекречивания был один, и рота рисковала остаться без связи с основными силами батальона и группировкой в Ханкале. А это значило, что на поддержку артиллерией и авиацией теперь вряд ли стоит надеяться. С группой спецназа на случай потери связи все действия и условные сигналы отработаны, да и группа, по всей видимости, недалеко, а если спецназ недалеко, значит, и преследуемые боевики тоже где-то поблизости. Положение, скажем так, среднее - ни хорошо, ни плохо. Чеченский снайпер своим посмертным выстрелом разбил станцию, оставил синяк на спине связиста, и опрокинул в глину капитана Булыгу, после чего оставил грешный мир и убыл в райский сад к гуриям.

Через несколько минут к роте гуськом подтянулись разведчики лейтенанта Степного.

Вовочка устало плюхнулся возле ротного, достал из нагрудного пакета потрёпанный лист карты. Достал карандаш из того же пакета и начал рисовать аккуратные стрелки и кружочки.

- Вова, - поторопил его Булыга, - сейчас не время для художественных изысков!

- Тебя, командир, в физкультурном институте за штабную культуру видно ни разу не имели, а меня в моей бурсе полковники в красных фуражках дрючили в разных позах, так что, извини, рефлекс! Всё готово...

Ануфриев и Булыга склонились над картой лейтенанта.

- Вот здесь. Духи на этой тропинке были где-то сорок минут назад. Спецназеры, скорее всего, ушли выше, и подгруппа боевиков, которая обеспечивала тыл, не нашла их, однако оставили на прикрытие снайперюгу с радиостанцией.

- Да как-то уже имели честь познакомиться с его антиобщественной деятельностью, - хмыкнул ротный, - одной радиостанции как не бывало, и у моего связиста синяк на всю спину...

Степной удивлённо хмыкнул и покосился на связиста Пашу, возлегавшего неподалёку на плащ-палатке.

- Ну, мой охотник снял его, до выстрела не успели. Радиостанция и винтовка его у нас, на связь выйти он не успел, станция выключена была.