Zagortsev - PREDATELI

Тройка прикрытия из последних сил, перебежками добралась до позиций морпехов.

Засада морских десантников пока обнаружена не была, и атакующие боевики продолжали, наступая, преследовать группу спецназа. Командир спецов плюхнулся на землю рядом со Степным, знаками показал своим бойцам, чтобы продолжали изображать отход.

Вова через связиста спецназёров вышел на ротного:

- "Малыш", я на связи, зелёная вверх - это я, красная в сторону "чичей", и можно играть на "трубах"!

Среди деревьев замелькали неясные фигуры, пули защёлкали по веткам. Атакующим дали подойти ещё ближе. Когда до боевиков осталось метров тридцать, моряки-десантники открыли ураганный огонь со всех стволов. Спецы, прекратив изображать отход, присоединились к собратьям по оружию. В рядах нападающих раздались истошные вопли и боевики волной откатились назад к месту днёвки. Лейтенант Степной выпустил вертикально вверх зелёную ракету и по пологой траектории вверх - красную в сторону противника, схватил тангенту и заорал:

- Играаайте!! Командир их что-то больно до х...я!

С другой стороны горки майор Ануфриев заорал миномётчикам:

- Залп!

Мины зашелестели в воздухе и аккуратно опустились среди землянок на обратном скате горы.

- Крассавчик! - заорал снова по связи Степной. - Мочи моджахедов, прям в точку, так держать.

Среди толпы боевиков грохнуло несколько миномётных разрывов. Крики усилились.

Миномётчики, как ошалевшие, кидали мины в стволы. Ануфриев забыв про всё на свете, отдавал команды, метался от заряжающих к ящикам с боеприпасами. Старшина "Дед", запыхавшийся после изнурительного бега, неподалёку кипятил на спиртовке чайник, подгонял ротного санинструктора, распаковывавшего перевязочные пакеты. У спецназёров помимо убитых были раненые. Капитан Булыга был одновременно на связи и с подразделением, ведущим бой, и с командиром батальона. Все работали, все были при деле. Матрос Кошкин убыл вместе со Степным без разрешения Булыги и, помогая бойцам спецназа оттаскивать своих двоих погибших товарищей, маялся совестью.

Боевики откатились с базы вниз в распадок и вышли в "мёртвую зону". Как только Степной доложил об этом, майор Ануфриев, прикинув что-то по карте, приказал прекратить огонь. На вопросительный взгляд Булыги он ответил:

- Бесполезно, зря только мины потратим, их и так немного осталось, у них был выход подняться или выше, но твой лейтенант хрен им даёт, или уйти вниз, что они и сделали..

- Ясно, слышь, майор, а ты того, как-то сейчас и не совсем на контрразведчика похож, вроде, как бы даже на человека смахиваешь, - огромный ротный, пошутив, попытался сделать смущённый вид и улыбнулся.

Майор не обратил на подначку внимания и махнул рукой:

- Я когда-то лучшим командиром миномётной батареи был в своём армейском корпусе на Сахалине, да вот только по реальному противнику как-то не пришлось тогда пострелять, а здесь...

Ануфриев попытался что-то сказать, но махнул рукой.

Боевики исчезли так же внезапно, как и появились. Степной с разрешения Булыги через полчаса отправился с группой на досмотр места боестолкновения. Убитых и раненых отнесли к основным силам роты. Булыга, согласовав дальнейшие действия с комбатом, подполковником Перегудовым, решил, пока не прояснится обстановка, с места не трогаться.

Разведчики, спускавшиеся к месту боя, обнаружили несколько трупов боевиков без оружия На месте днёвки трупов было гораздо больше. Многие были разворочены осколками мин и пораскинули мозгами и внутренностями по веткам деревьев. Здесь уже валялось оружие, исковерканное взрывами и вполне целое, рюкзаки, посечённые осколками, и другая различная походная утварь. Посчитали убитых. Вышло пятнадцать с несколькими четвертями. Что интересно, на пятнадцать убиённых приходилось тридцать одна рука и ещё одна лишняя нога с половинкой задницы. Следы отошедшей большой группы боевиков уходили по распадку на юг. Попытались посчитать сколько же их было всего. Вышла какая-то нереальная цифра. По скромным подсчётам, человек триста, а может быть, и больше. Собрали более менее годные в употребление… трофеи. Жалкие остатки перевалочной базы на всякий случай заминировали. Личный состав, участвовавший в бою, отправился к роте. На месте засады посадили второй взвод. Убитых спецов завернули в плащ-палатки, двоих раненых перевязали, вкололи обезболивающее и напоили горячим чаем. Комбат вышел на связь с Булыгой и приказал подыскать и оборудовать посадочную площадку для эвакуации раненых и убитых. Обо всём происшедшем за день он доложил в штаб группировки и ждал решения. Заодно попросили подкинуть боеприпасов к стрелковому вооружению и миномётам.