HS - ИСТОКИ КОНФЛИКТА

Замок Танталлон над Фирс-оф-Форт построен на руинах крепости более ранней постройки, которую в 1298 году взяли воины Бека.

Эдуард, хоть и предполагал задействовать в летней кампании против шотландцев профессиональных вояк, вернувшись домой, рассудил, что скопом и батька легче бить, а потому объявил новый набор ополчения. На призыв откликнулось примерно 2000 человек, половина которых была родом из Чешира и Ланкашира. Текст королевских повесток дошёл до нас. Он подтверждает слова Гуисборо о том, что пехота англичан при Фолкирке состояла преимущественно из валлийцев. Войны с Уэльсом внушили Эдуарду уважение к боевым качествам валлийцев, а потому он нанял доблестных потомков короля Артура в количестве десяти с половиной тысяч. Помимо них, на жаловании оставались 250 арбалетчиков из разгромленной стерлингской армии де Уоррена и 250-300 гасконских наёмников короля, судя по всему, тоже арбалетчиков (частью конных). Надо сказать, что в летней кампании, если верить архивным записям, участвовало больше рыцарей, чем у Эдуарда было во Фландрии. Объясняется это просто: в предвкушении добычи на королевскую службу нанимались дворяне, не желавшие служить за пределами Англии, кроме того, многие из тех, кто на континенте был «valetti» (оруженосцем), в Шотландии стали рыцарями.

Армия, которую Эдуард привёл под Фолкирк, располагала 2200 бронированных всадников (из которых 1200 были наёмниками, а прочие – феодалами и их свитой), и была гораздо мощнее и боеспособнее стерлингской. Фолкиркский свиток читается как Бархатная книга Англии – цвет рыцарства: 11 герцогов и графов,- епископ Дурхем, Генрих Ланкастер, Эймер де Валенс, Роберт Клиффорд, Генри Перси, 115 баннеретов из знатнейших родов.

Надгробие Жильбера д’Умфравилля, графа Ангуса (1245-1307), сильно повреждённое, находится в Гексгемской монастырской церкви. Семья Умфравиллей владела замками Прудо, Кокетдейл и Росдейл. В Фолкиркском сражении вместе с Жильбером Умфравиллем участвовали семь его вассалов и четырнадцать латников.

В 1298 году английский король намеревался окончательно разделаться с Шотландией. 26 мая он прибыл в Йорк, который на ближайшие шесть лет стал штаб-квартирой правительства. Эдуард, придя к выводу, что перед походом не помешает подмазать ребят наверху, совершил паломничество к святилищу Джона Беверлийского, популярного святого, который, по поверьям, оберегал воителей в бою. Оттуда через Уилтон и Керкем он отправился в Нортгаллертон, и 12 июня был уже в Дурхеме, где к знамени святого Джона Беверлийского Эдуард решил добавить стяг другого мученика – Кутберта Дурхемского, имевшего репутацию защитника Англии от диких скоттов. В тамошней церкви хранились древние знамёна, что воодушевляли англичан в битве под Нортгаллертоном в 1138 году. Плантагенет всласть попиарился на святых с дальним прицелом: Уоллеса английская пропаганда представляла антихристом, безбожником и отпетым мерзавцем.

Нам трудно судить, насколько это соответствовало истине, одно можно сказать определённо: глупцом Уоллес явно не был. Подобно многим своим соотечественникам на собственной шкуре испытав мстительный нрав Эдуарда I, Уоллес ждал его ответного удара. Сознавая, что на этот раз англичане подготовятся тщательнее, он не терял времени зря. В дебрях Селкиркского леса он собирал и тренировал солдат, рекрутируя их по всей Шотландии. При этом он не брезговал принудительной вербовкой, безжалостно вешая уклонистов и дезертиров.

У большой армии большие аппетиты. По мере того, как количество солдат росло, Уоллес переправлял их в свой военный лагерь в Торвудском лесу, где, во-первых, было легче снабдить всем необходимым такую массу людей, а, во-вторых, там проходила единственная дорога на Стерлинг.

Тем временем король Эдуард из Дурхема переехал в Ньюкасл, откуда 29 июня направился в Роксбург, где в начале июля соединился с армией. Вскоре английское войско выступило в поход. Их путь лежал на север, через Ламмермюирские холмы к Лодердейлу. Территория, по которой шли англичане, была пустынна и безжизненна. Местные жители давно разбежались, прихватив с собой всё, чем незваные гости могли бы поживиться. Англичане злились, жгли брошенные дома, и чёрные столбы дыма безошибочно указали Уоллесу, откуда ждать врага. Эдуард, напротив, не имел ни малейшего представления о местонахождении шотландцев. Наобум король пошлёпал через Лодердейл от Далхауси к Керклистону, западнее Эдинбурга, где и оставался с 15 по 20 июля. Армию сопровождал длинный обоз и огромные стада домашнего скота. Эдуард, вообще, был великий мастер снабжения. Успех его завоевания Уэльса сделали возможным не столько военные акции, сколько хорошая организация тыла. А вот непродуманность снабжения в 1298 году едва не привели к провалу всей компании. Марш из Роксбурга истощил запасы армии, а корабли, везущие в Лейт с восточного побережья Англии такое необходимое продовольствие, задерживались из-за плохой погоды и неблагоприятных ветров. Прокормить же армию было делом нелёгким и дорогостоящим. Яркой иллюстрацией этого может послужить счёт на сумму 177 фунтов и 17 шиллингов, выставленный англичанам колдстримским аббатом за ночь, проведённую на его землях во время первого вторжения в Шотландию. Всего за одну ночь служивые умяли зерна на 50 фунтов, 497 овец с ягнятами и 100 баранов.