HS - ИСТОКИ КОНФЛИКТА

Господь, должно быть, вместе с ангелами Его здорово оборжался в то утро, наблюдая за англичанами. С первыми лучами солнца армия начала переправу. Несмотря на узость моста, авангард успел перемахнуть на другой берег, когда выяснилось, что его сиятельство ещё не встали-с. Кто-то из неистребимой породы прирождённых лизателей начальственных задов решил, что это непорядок, и дерзкому авангарду было приказано что? Правильно, немедленно вернуться обратно. Проснувшись, позёвывающий де Уоррен, по сложившейся традиции, ввиду предстоящего столкновения посвятил в рыцари нескольких оруженосцев, большей части которых, как пишет Гуисборо, суждено было пасть в тот же день. После церемонии армия вновь стала переправляться, но тут вдруг обнаружилось, что Леннокс и Стюарт потерялись. Де Уоррен поразмыслил и решил, что лэрды предприняли ещё одну попытку договориться с Уоллесом о сдаче без кровопролития. Пока ожидали возвращения лэрдов, успевшие перебраться через мост подразделения опять погнали назад. Тем временем нашлись мнимые парламентёры. Они, оказывается, никуда не ездили. Английский командующий, настроенный весьма пофигистически, ничуть не расстроился, а послал-таки к вожакам восставших двух доминиканских монахов с угрозами и посулами. Гуисборо приводит ответ Уоллеса: «Вот наше слово: мы пришли сюда не для мира, но для сечи. Сечи, что принесёт волю нам и нашей отчизне!»

Стерлингский мост: Уильям Уоллес и Эндрю Мюррей на Аббатской скале.

На вершине Аббатского холма Уильям Уоллес произносит речь, в которой гневно отвергает условия сдачи, высокомерно предложенные Джоном де Уорреном через доминиканских монахов. Внешний вид Уоллеса соответствует его статусу командира объединённой шотландской армии. Его оружие и доспехи изготовлены лучшими мастерами Европы. По левую руку от него два юных оруженосца держат его щит и шлем. Позади перепуганных монахов усмехается сэр Эндрю Мюррей, над головой которого реет его личный стяг и знамя св. Андрея. Крест св. Андрея, древний символ Шотландии, также нашит на стёганый акетон копейщика на переднем плане (7) и других бойцов шилтронов за спиной сэра Эндрю и внизу на равнине (8). Вдалеке, за изгибом реки Форт, высится могучая крепость Стерлинг (9), нависая над мостом, около которого сосредоточились отряды англичан. Герб Эндрю Мюррея изображён по оттиску его личной печати на документе 1296 года, и по поводу него сомнений нет. С гербом же Уильяма Уоллеса не всё ясно. Письменные источники описывают его как «серебряного восстающего льва на пурпурном поле». Однако на единственном документе, однозначно связываемом с именем Уильяма Уоллеса, так называемом «Любекском письме» (послание Уоллеса и Мюррея жителям города Любека с вестью о победе на Стерлингском мосту) нет ничего похожего. На лицевой стороне изображён Королевский герб Шотландии, а на обороте – нарисованная от руки стрела на луке. Этот знак не мог принадлежать Мюррею: во-первых, на нём нет характерных звёзд его рода, а, во-вторых, в это время сэр Эндрю умирал от ран, полученных под Стерлингом. К тому же вокруг знака имеется едва различимая надпись: «[ WILELM ] VS FILIVS ALANI WALAIS », то есть: «Уильям, сын Алана, Уоллес». Имя Алана Уоллеса, королевского арендатора из Эршира и отца сэра Уильяма, есть в «Свитке тряпичника» среди тех, кто в 1296 году присягнул на верность Эдуарду I . Рядом упомянуто ещё несколько эрширских Уоллесов, их личные печати несут изображения лилии, кроншнепа на фоне листвы, нет только восстающего льва.

Нам остаётся лишь гадать, был ли гербом Уоллеса лев, а лук со стрелой – данью моде на личные эмблемы; или именно стрела была геральдическим знаком, а восстающий серебряный лев был приписан молвой, ибо, если царь зверей – символ самой Шотландии, можно ли найти лучший герб для её национального героя?

РАСПОЛОЖЕНИЕ ВОЙСК ПЕРЕД БИТВОЙ

Армия, которую Уоллес и Мюррей привели под Стерлинг, очень отличалась от тех лёгких полуразбойничьих ватаг, с помощью которых они наводили ужас на англичан. Основу её составляли ополченцы из графств, собранные в «шилтроны». Бойцы были подняты слишком поспешно, чтобы иметь достаточно времени для тренировки взаимодействия и маневрирования таких боевых формирований, но, как показало дальнейшее, даже этой малости хватило для победы.