kostik - Любитель историй

мундирах торговой гильдии Пареи. Произнеся несколько

нечленораздельных фраз, они растворились в полумраке,

оставив после себя лишь приятный запах дорогого вина.

Что поделать, эти черноволосые эстеты отвергали само

слово «ром», за что и получали в награду от местных

моряков весьма обидные прозвища.

- Заходи, не стесняйся, - донеслось из-за спины.

- Мертвецам застенчивость ни к чему, - пошутил второй.

Сквидли затолкнули в небольшую комнатку и с силой

прижали к стене.

- Башкой не верти, а то неровен час она слетит с твоих плеч

как тыква, - судя по интонации, это опять заговорил второй.

А первый тем временем копошился неподалеку. Через

пару секунд комнату осветил свет дюжин толстых свечей.

Сквидли развернули на месте и, прислонив к стене уже

спиной, наставительно произнесли:

- Запомни, мистер: шутники долго не живут.

Сквидли не стал спорить с этим весьма верным

утверждением.

Затянув сильнее веревку и убедившись, что бежать

пленному некуда, Луджи отошел в сторону и стал

наблюдать. Возле двери, перекрыв путь к отступлению –

притаился Кларк; за столом выставив перед собой

массивный подсвечник, сидел слепой Квинт. Совершенно

бесполезный для него источник света был некой приманкой,

словно две шестерки при игре в кости. Если противник

вздумает его обмануть, старик покажет ему, что

совершенно не нуждается в свечах. Потушив их одну за

другой, он предоставит жертве последний шанс на

спасение. Поселив в ее сердце ужас, он подберет ключики к

любому пленнику. Никто из смертных, как бы не

хорохорился, не сможет противостоять темноте. Только она

может внушать неописуемый ужас, после которого пойдешь

на что угодно - да хоть на сделку с самим дьяволом, - лишь

бы больше не попадать в кошмарную страну мрака. Квинт

знал об этом не понаслышке.

Он и сам когда-то оказался в той кошмарной стране –

когда, лишившись зрения, навсегда распрощался с миром

красок и света. Первые недели Квинт готов был отдать

собственную душу только бы вернуть себе самое

драгоценное на свете - собственные глаза. Но никакие

бесценные лекарства и снадобья, ни заговоры и шаманские

танцы, не смогли заставить капера вновь увидеть

солнечный свет. Только яркая вспышка взрыва,

случившаяся в момент морского сражения при Альватосе,

стала его единственным цветным воспоминанием, часто

являвшимся ему в ночных кошмарах.

- Выходит ты лично знал капитана Бероуза? – немного

расслабив мышцы, старик откинулся назад, изобразив на

лице внимательный взгляд. Незнакомец, попавший к нему в

лапы, и не думал сопротивляться: вел себя сдержано, ни

капли эмоций.

- Имел такое знакомство, не скрою, - согласился моряк.

- Мистер…Сквидли, если не ошибаюсь? – уточнил старик

и, уловив кивок, продолжил: - Мои ребята сообщили мне о

вашей беседе, - он указал на Луджи и Кларка. – Только вот

вопрос: много ли в ней правды?

Гость улыбнулся, всем видом выказывая безразличие к

услышаному. Но Квинта это не волновало.

- Хорошо, тогда спрошу иначе: была ли в ваших словах хоть

капля лжи, мистер? И прошу вас, повремените с ответом,

тщательным образом взвести все, так как именно от этого

сейчас зависит ваша жизнь. Нет, нет, не подумайте, я

нисколько не пугаю вас, Лорт. Я всего лишь хочу

напомнить о серьезности нашей беседы…

Ощутив реакцию моряка, старик отметил для себя, что у

рыбака полностью отсутствуют какие-либо эмоции. И не

прав был тот, кто утверждал, что нельзя почувствовать

страх в абсолютной тишине. Очень даже можно - и

отыскать кошку в темной комнате тоже. По крайне мере

Квинту это было под силу.

Но на этот раз удивительный дар слепца дал осечку. Он

не уловил ровным счетом ничего, словно собеседник был

глух как пробка и не слышал ни единого слова угроз. Не

поверив собственным ощущениям, Квинт приложил ладонь

к уху, желая все-таки добиться ответа.

- Могу поручиться за каждое сказанное мной слово, -

коротко произнес Сквидли и замолчал.

Опять - ни страха, ни волнения. Смутившись, Квинт

наморщил лоб. Тягостное предчувствие обмана и

неуверенности в собственных силах смешались в голове

старика в одно большое варево, которое должно было вот-

вот закипеть. Гость оказался не так прост, как могло

показаться на первый взгляд. Держался излишне уверенно,

не боясь острых фраз и не желал оправдываться,