alla - o c2e4e7d8b1d05438

Матильда (смеясь). Нормально!

Анаис (открывая свои карты). Джин!

Шарлотта (раздосадованно). О-ля-ля! Боже мой! 0-ля-ля! [Эти реплики были прибавлены во время

съемки. В сценарии шли немые кадры.]

На общем плане подъезд дома Анаис. Выходит Северина, закрывает за собой дверь. Надевает

черные очки. Идет по тротуару, навстречу две женщины. Она поворачивает направо, удаляется и

выходит из кадра.

Северина под душем. Сквозь прозрачную занавеску легко заметить, как энергично она трет свое

тело, словно хочет избавиться от подозрительного запаха. Потом через открытую дверь в ванную

комнату, в которой видны ванна и роскошный туалетный столик, уставленный флаконами, мы

наблюдаем Северину уже в розовом пеньюаре, вытирающую розовым полотенцем мокрые

волосы. Вероятно, чтоб скрыть следы утомления, она красит губы. Потом снимает со спинки стула

лифчик, белье и исчезает из кадра. И появляется уже в гостиной. Садится у камина на подлокотник

кресла и швыряет все свое белье в огонь. И пусть, пусть горят презренные свидетели постыдного

мазохистского инстинкта! Кочергой она сдвигает белье в центр, где полыхает огонь. Доносится стук

входной двери. В волнении Северина убегает. В следующий момент она входит в спальню, где уже

приготовлена постель, гасит свет, быстро ложится и натягивает на себя одеяло до подбородка.

Пьер. Северина! Ты где? (Она не шевельнулась. Тень Пьера вырисовывается в открытой двери.) Ты

готова? (Пьер зажигает свет и, увидев Северину в постели, удивленно восклицает.) Ах, ты тут?

(Подходит к Северине и садится на край кровати.) Что случилось? Тебе нехорошо? Ты заболела?

(Глаза Северины закрыты, она качает головой. Пьер кладет руку ей на лоб. Она открывает глаза, будто только что проснулась.) А между прочим, непохоже, чтоб тебя лихорадило. Ты хочешь, чтобы

я позвал врача?

Северина (жалобным голосом). Нет, нет, это пустяки. Просто я спала. У меня была мигрень. Я

приняла аспирин и горячую ванну. Завтра все будет хорошо. Который час?

Пьер. Уже поздно. Я позвоню Феврэ, чтоб они нас не ждали.

Северина. Пойди один.

Пьер. Ни за что! Мне будет гораздо лучше здесь, с тобой. И, кроме того, у меня полно работы.

(Целует ее в лоб.) Ну, отдыхай. [В сценарии Северина не дает Пьеру поцеловать себя. Он встает с

кровати и выходит из кадра. Гаснет свет. Слышен звук закрывающейся двери. Северина открывает

глаза, прижимает руки ко лбу. Звучат бубенцы.]

Луг. Мчится галопом стадо диких быков. За ними верхом на лошадях погонщики. Стадо

разбегается. Отстав от стада, спешиваются Адольф и Пьер, переодетые погонщиками. [План, предусмотренный в сценарии. В эпизоде грез (или сна) Северины, идущем вслед, Пьер был с

Адольфом, а не с Юссоном].

На костре, разложенном между камнями, котелок с кипящим супом. В кадре рука Пьера,

деревянной ложкой он наливает в миску суп.

Юссон. Суп в порядке?

Пьер. Суп ледяной. Я никак не могу его разогреть . [В течение всего этого эпизода актеры

беззвучны, они не шевелят губами.] (Подбирает лопату и возвращается к костру, около которого

расположился Юссон. Указывая на быков.) А что — быкам дают имена, как кошкам?

Юссон. Да. Их всех зовут Искушение. За исключением последнего, чье имя Искупление. (Юссон

бросает свою пустую миску, встает, снимает шляпу и прижимает ее к груди, слегка склонив голову.)

[Над их головами плывут угрожающе черные тучи. Сверкнула молния, прокатились раскаты грома.

Пьер протягивает руку, на нее падают первые капли дождя.

Пьер. Держись... Искупление начинается...

Адольф (глядя на небо и улыбаясь). Господи, прости их, ибо не ведают, что творят... Скорей, вот-вот

начнется... Помогите мне.

Они с Пьером быстро встают и накручивают на руки кашне. Потом берут тяжелый котелок с

дымящимся супом и отходят на несколько шагов. Дождь усиливается, все чаще сверкает молния, грохочет гром.]

[Этот эпизод заменял в сценарии диалог Пьера с Юссоном.]

Юссон. Который час?

Пьер. Между двумя и пятью. Не больше пяти.

Юссон. А твоя жена хорошо себя чувствует?

Пьер. Очень хорошо, спасибо.

Юссон. А где она?

Пьер. Тут, рядом. Ты хотел бы с ней поздороваться?

Юссон. С удовольствием.

На экране Северина в белом платье, привязанная к дереву, как в эпизоде в Булонском лесу, но на

этот раз лицом к зрителям.

Юссон. Как дела, маленькая сволочушка? Тебе хорошо, потаскушка? (Комья грязи летят ей в лицо и

на платье. Она пытается увернуться.) Старая шлюха! Дерьмо! (Тело Северины все больше и больше