XTreme.ws - o 62dfea5a729b3fab

Джордж. - Боюсь, ужасная гадость получится. Скоро она

позовёт меня на кухню, и мне придётся это есть...

- Тыквенный пирог! - мечтательно протянула Анни. -

Вот вкуснятина! Ты честно его не любишь? Может, тогда

отдашь мне свой кусок?

- Да пожалуйста, но тебе же к нам нельзя. С тех пор,

как... ну, после того, как... когда мы последний раз вместе

играли...

- Джордж, знаешь что? - сказала Анни. - Ты прости

меня, ладно? За комету, за астероиды эти, за то, что мой

папа на тебя рассердился. В общем, за всё. Я не хотела,

правда.

Джордж ничего не ответил. Все эти дни он злился на

Анни и придумывал, что бы такого обидного сказать ей

при встрече, но сейчас, когда они оказались... нет, не нос к

носу, а глаз к глазу, ему внезапно расхотелось её обижать.

- Ну пожалуйста... - донеслось с той стороны забора.

Потом оттуда послышалось

шумное сопение, всхлип и,

наконец, трубный звук, как

будто кто- то громко

высморкался.

Джордж побежал вдоль

забора. Папа на днях взялся

было заделывать дыру, которую

пробил Фредди, когда ломился в

соседский сад, - но потом папу

что-то отвлекло, и он так и не

закончил.

В заборе по-прежнему оставалось небольшое отверстие, и

кто-то маленький вполне мог бы в него пролезть.

Джордж сунул голову в дырку в заборе:

- Анни!

Наконец он её увидел.

Она тёрла глаза и промокала

нос рукавом.

Одежда на ней была

самая обычная. Анни

больше не была похожа

ни на сказочного эльфа,

ни на космического

пришельца, - просто

маленькая девочка, кото-

рой грустно и одиноко.

Джорджу вдруг стало её очень

жалко.

- Полезай сюда! - сказал он. - Спрячемся в свинарнике

у Фредди.

- Я думала, ты меня ненавидишь! - Анни со всех ног

бросилась к дыре. - Из-за... ну, ты знаешь.

- Ах, ты об этом! - сказал Джордж небрежно, словно

речь шла о пустяке, о котором он и думать забыл. - Я ж не

маленький мальчик, чтобы обижаться из-за всякой

ерунды.

- Ты правда не обижаешься? - Анни подняла залитое

слезами лицо. - Значит, мы опять друзья?

- Только если перелезешь сюда, - хитро прищурился

Джордж.

-

А как же твой папа? - засомневалась Анни.

- Он же опять рассердится?

- А он ушёл! - сказал Джордж. - И вернётся не скоро.

Честно говоря, в этот день Джордж был доволен, что

сидит под домашним арестом. Дело в том, что по

субботам папа иногда брал его с собой на марши протеста

против глобального потепления. Когда Джордж был

маленьким, ему нравилось маршировать по главной улице

города с плакатом, выкрикивая лозунги. Весёлые борцы за

спасение Земли сажали Джорджа на закорки и угощали

дымящимся домашним бульоном из термоса. Но теперь,

когда он вырос, на этих маршах протеста ему было как- то

не по себе. Поэтому, когда утром папа сурово объявил,

что сыну придётся остаться дома, Джордж, чтобы не

ранить папины чувства, изо всех сил постарался показать,

что очень огорчён. Однако в глубине души он вздохнул с

облегчением.

- Давай же, Анни! - скомандовал Джордж. - Полезай!

Свинарник, конечно, не самое тёплое и уютное место

на свете, зато он надёжно скрыт от глаз взрослых.

Джордж думал, что Анни начнёт жаловаться на запах -

хотя, между прочим, свиньи пахнут вовсе не так плохо,

как принято думать, - но она лишь слегка поморщилась и

плюхнулась в угол на кучу соломы. Фредди спал; его

большая голова покоилась на передних копытцах, а из пя-

тачка вырывалось жаркое сопение.

- Так что, мы больше никуда не полетим? - спросил

Джордж, усевшись рядом.

- Не-а. - Анни принялась шаркать кроссовками по

стенке свинарника. - Папа сказал, что разрешит мне выйти

в открытый космос, только когда я буду совсем большая -

года двадцать три или около того.

- Двадцать три?! Но это же целая вечность!

- Знаю, - вздохнула Анни. - Целая вечность. Но

спасибо, что он хоть маме не сказал. Вот она бы

разозлилась по-настоящему. Я же обещала ей

присматривать за папой, чтобы он не наделал глупостей.

- А кстати, где твоя мама? - спросил Джордж.

- Моя мама, - Анни слегка склонила голову уже

знакомым Джорджу движением, - танцует «Лебединое

озеро» в Москве, в балете Большого театра.