МИХАИЛ - СУПОСТАТКА

Потом в четыре руки затопили Слоника, сделали завтрак. Балуясь, как дети, с

наслаждением кормили друг друга с рук, из губ в губы.

У меня - да и у Среды, думаю, тоже, - было ощущение, что теперь наши

дыхательные и кровеносные сосуды соединились в одну "магистраль", и если один

исчезнет, то второй, с грубо разорванной системой не выживет.

Подумав, тотчас сплюнул через плечо, и постучал по дереву.

68

-Чур, меня, - смеясь, произнесла Среда, и, копируя, тоже постучала по дереву.

Из еѐ ночного страстного лепета, я понял только, что Среда общалась с руссами и

перехватила несколько русских слов: они резко выделялись в еѐ напевной, в растяжку,

родной речи. Самым понятным было слово:

-Любый.

Не сговариваясь, интуитивно, мы общение превратили в приятные уроки по

изучению языков: что видели глаза, чего касались руки, на что ступали ноги, мы

называли каждый на своѐм языке, старательно повторяли. Поразительно: как дети,

схватывали на лету. Правда, не всегда правильно произносили слово, не соблюдали

ударения, поэтому со стороны, слушая нас, можно было обхохотаться.

Нам, разумеется, это нисколько не мешало, ибо, в основном мы общались глазами,

понимали с полувзгляда.

Где-то ближе к обеду мы несколько утомились друг от друга, интуитивно пришли к

единому решению: нужна пауза.

Среда занялась шкурками: надумала сшить нам новые одежды. Ну, а я отправился в

охотничьи угодья: проверить силки, поставить новые. Кроме того, осталась

нереализованная вчера рыбалка.

Отойдя шагов на сто от поляны, я неожиданно ударился в раздумья о том, что

произошло.

Рано или поздно, мы всѐ равно пришли бы к этому, но почему так быстро всѐ

случилось. Эта быстрота меня, отчасти, и смущала.

Со мной, в принципе, ясно: здоровый, взрослый мужик, столько дней прожил

отшельником, истосковался по любви, по женскому телу.

А Среда? Девчонка, ведь, совсем. Да, пережила трагедию гибели семьи, затем что-

то ещѐ более кошмарное... допустим, рано повзрослела. И всѐ же... Что, если еѐ

чувствами управляет голый расчѐт: прилепиться к мужчине, почувствовать себя

защищѐнной, когда можно расслабиться в полной безопасности, когда тепло, уют и еда...

Как в своѐ время разумно поступили поросята.

-Это плохо?- спрашивал я себя, как бы со стороны.

-Нет, не плохо, но как-то...

-Что? Что тебя не устраивает?

-Закрадывается сомнение в не подлинности искренности...

-Чушь собачья! Плюнь и растери. Девчонка, точно мудрая женщина, последовала

совету природы.

-Высокопарно...

-Хорошо, проще: подчинилась обстоятельствам.

-Во! Подчинилась. Не по зову сердца, души...

-Считаешь: она врѐт?

-Не считаю. Искусственность я бы почувствовал.

-Так в чѐм же проблема, чѐрт возьми?!

-Подчинилась... Если бы здесь был ещѐ один представитель мужского рода, много

моложе меня, Среда предпочла бы его...

-А это бабушка надвое сказала. Молодость - это неопытность, и мудрая женщина

сразу просекает. Среда увидела твой дом, хозяйство, сразу смекнула: мужик, хозяин, да к

тому же добрый, мягкий. Что ещѐ надо одинокой девушке? О лучшем варианте она и

мечтать не могла. Поэтому безоглядно, распахнув сердце и душу, шагнула к тебе.

Возможно, поверив, что это ей подарок богов за горе и беды, что перенесла. Убедил?

-Отчасти.

-Ну, и дубина же ты, Мисааль! Тебе что, заняться больше нечем, как создавать

проблемы там, где их нет? Живи, люби и радуйся. Вариантов других ведь нет...

Мой оппонент удалился с верой, что развеял все мои сомнения. Может, он прав на

все сто, и я дурью занимаюсь? Привык всѐ обмозговывать, подвергать анализу, а тут

надо просто жить, как жили предки, не мудрствуя лукаво. Главное, в ладу с природой и с

совестью. Не роман пишешь, нечего утруждать головѐнку мозготренажѐрами. Будь

счастлив, и живи так, что бы ежеминутно чувствовала себя счастливой Среда.

69

Оглядевшись, обнаружил, что, дискутируя с оппонентом, прошѐл места

расставленных силок. Развернулся, сделал несколько шагов, и внезапно сердце сжало

так, что в глазах потемнело, не привались я к берѐзе, точно грохнулся бы плашмя.

Пару минут сердце то сжимало, то отпускало, затем резко резануло - из глаз

брызнули слѐзы, а в висках ужасно засвербело.

"Что..."

В следующую секунду я оттолкнулся от берѐзы, и побежал, как ещѐ ни разу в жизни

не бегал. Тем более по лесу.

Вопрос не оформился целиком, а я уже знал ответ: Среда в беде!