Руслан Мельников - Тевтонский крест

Корпус «атоммине» был уже изрядно покоцан. Под колесами прицепа валялся сломанный меч. А верхом на ядерной тележке восседал иерусалимский лекарь, алхимик, астролог и подпольщик Мункыз. С азартом истинного ученого‑естествоиспытателя старик дубасил по обшивке «гроба» каким‑то продолговатым предметом. В вытянутой железной болванке с хвостовым оперением Бурцев узнал снаряд к 80‑миллиметровому миномету.

Ну, Мункыз! Ну, муд‑д‑д… Мудрец, мать твою!

Задергался, замычал испуганно пленный медиум.

– Останови! – взмолился Рудольф. – Останови этого варвара! Он взорвет всех нас…

Запросто! Сначала рванет минометная мина, потом сдетонирует атомная. А очутиться в эпицентре ядерного взрыва в планы Бурцева никак не входило.

– Джеймс, Сема, присмотрите за немцем!

Прыжок, бросок…

Мункыз слетел с прицепа «Кеттенкрафтрада». Сидит на полу, хлопает глазами, смотрит недоумевающе на собственную руку. Пустую. Минометного снаряда в ней уже не было – снаряд держал Бурцев.

Секунду длилось молчание. Секунду Бурцев переводил дыхание. Не рвануло! Успел!

– Фу‑у‑ух! – взрывоопасную болванку он положил в кузов мототягача.

Эсэсовского медиума била дрожь. Дышал Рудольф Курц хрипло и часто. Отходняк! Бурцев чувствовал себя ненамного лучше.

– Василь, – его сильно дернули за рукав.

Дмитрий?! Смотрит тревожно. На мамлюков смотрит. И крепко‑крепко сжимает секиру.

А бойцы Бейбарса надвигались. Грозно, недружелюбно. В первых рядах – эмир на тевтонском коне. В факелах посверкивала сталь изогнутых клинков. Обнаженных клинков.

– Василий‑Вацлав! – рассвирепел кыпчак. – Как смел ты поднять руку на почтенного Мункыза?! Как смел воспрепятствовать моей воле?!

– Тебе здорово повезло, Бейбарс, что я поднял и воспрепятствовал, – ответил Бурцев. – И почтенному Мункызу повезло тоже. Всем нам повезло. Не нужно бы тебе открывать этот сундук, эмир. Даже пытаться не стоит.

– Так ты пришел сюда, чтобы встать на моем пути?!

– Дурак ты, Бейбарс! Чтобы уберечь тебя от беды, эмир.

– Я сам способен позаботиться о себе, каид! – гремел голос Бейбарса. – В сундуке‑гробе Хранителей сокрыты великие силы…

– Вот в гробу я и видел такие силы! – поморщился Бурцев. – Будет лучше, если они останутся там впредь.

– О нет, каид! Они там не останутся! Я овладею ими. А кто вздумает мне мешать – умрет.

– Если тебе не помешать, умрут все, – заметил Бурцев.

Бейбарс все же совладал с собой. Проявил великодушие, попытался пойти на мировую:

– Я не понимаю тебя, Василий‑Вацлав! В тебе говорит либо подлый предатель, либо неразумный глупец. В первое я не верю – я видел, как ты сражался с немецкими колдунами. На глупца ты тоже не похож. Поэтому в последний раз предлагаю: не противься! Отступи от гроба Хранителей. Эль Кудс свободен, но нам предстоят новые сражения. Смертоносный гром и боевые машины немцев лишат жизни тысячи правоверных мусульман и благородных рыцарей креста, если я не вскрою гроб с чудо‑оружием германских магов!

– Ты собираешься выпустить джинна, которого не сможешь подчинить, эмир.

– Я подчинил «железные яйца», и я справлюсь с железным гробом…

– Тьфу ты! Яйца он подчинил! Достижение, блин!

– …ибо нет такой магии, на которую нельзя найти управу!

«Вышедшая из‑под контроля цепная ядерная реакция– вот имя этой магии», – подумал Бурцев. И еще раз попытался образумить эмира.

– Вскрыв здесь гроб Хранителей, ты тем самым откроешь путь новым полчищам немецких колдунов. Посмотри на эти древние камни, поднять которые не под силу простому смертному, – Бурцев обвел рукой мегалит платц‑башни. – Да будет тебе известно: это магические врата. Сейчас они заперты, но в них уже ломятся десятки, сотни тысяч Хранителей Гроба. Сила, которую ты хочешь выпустить, вышибет незримые врата так же легко, как колдовской гром снес Иосафатские ворота перед конницей Айтегина.

– Лжешь!

– Лгу? А почему же немцы до сих пор не использовали свое чудо‑оружие на полях сражений? – спросил Бурцев.

И сам же ответил на свой вопрос:

– Да потому, что предназначено оно для другого! Для этого, – он вновь указал на арийские развалины.

Бейбарс притих. Слушал эмир недоверчиво, но внимательно. Бурцев продолжал давить:

– Вспомни слова христианского дервиша! Вспомни его видения об адовом пламени, пожирающем Иерусалим. Если вскрыть гроб Хранителей, здесь сгорит все. Святыни мусульман и христиан – тоже. Ты этого хочешь?