Эли Эшер - Эволюционер

На мгновение он о чем-то задумался, и добавил, бросив на стол золотую монету:

— Лучше сразу две.

Тара, хмыкнув себе что-то под нос, отправилась за стойку.

— Извините, Велия Секунда? — спросил незнакомец, вопросительно взглянув на Велинэ.

— А вы кто? — холодно спросила она.

— О, извините, совсем растерял манеры в Реальности. Я — отец молодого человека, с которым вы провели прошлую ночь.

— Вы — консул Люций Корнелий Квинт??? — не веря своим ушам, спросила Велинэ.

— Приятно познакомиться, — мужчина галантно склонил голову.

— А как насчет тайны личности в Игре?

— Только если это не задевает безопасности Игры, — улыбнулся консул, на что Велинэ заметно дернулась. Влипнуть в расследование, имеющее отношение к безопасноси игры…

— Не волнуйтесь, я просто обьяснил правовой базис, — продолжил тем временем Квинт, — Тем более, я понятия не имею, каково ваше игровое имя, так что пока что, ваше инкогнито вне опасности. Вы поняли?

— Да, я поняла, — ответила Велинэ, — А вы что, со всеми девицами общаетесь, с которыми ваш сын переспит?

— Нет, конечно, — рассмеялся Квинт, — Если уж совсем точно, то вы — первая.

— И что же во мне столь угрожающего безопасности Игры?

— Надеюсь, что ничего. Но раз уж я здесь, вы не могли бы уделить мне немного времени? Мне просто приятно было бы познакомиться.

— Познакомиться? И часто вы так «знакомитесь»?

— Из-за Квинта — первый раз. Видите ли, прошлый раз, когда я был вынужден разбираться с этой темой, дело было не в девушке, а в моей матери, бабушке Секста. Сами понимаете, знакомиться с ней мне было совершенно без надобности. К тому времени в Реальности она больше не появлялась, даже капсулу себе поставила дорминаторскую…

— А как же сенаторский Долг? — возмутилась Велинэ.

Квинт усмехнувшись бросил на нее взгляд.

— А где сейчас найдешь женщину, которая помнит о долге? — И вздохнув, продолжил, — Так вот, возвращаясь к бабушке Секста. На старости лет она решила стать в Игре верховной жрицей Шлосс, а крайне некстати проснувшийся аватар ее богини вдруг решил, что им ну обязательно нужно прорваться в реальность. И что внук верховной жрицы, по совместительству будущий консул, будет просто идеальным кандидатом, чтобы это осуществить. Секст, кстати, вам не рассказывал, каким образом он прошел полное обучение Стражей Шлосс? Спросите при случае. Все он вам вряд ли расскажет, но даже то, что расскажет, будет интересно и познавательно. В любом случае, с бабушкой мы разобрались, а уж теперь, когда этот флот и его Игра изолированы от планетарных систем, она вряд ли до него доберется. К слову, вы понимаете, что все это секретно, разглашению не подлежит, и я рассказываю это вам только как представительнице верного долгу рода Велиев, которые ни разу за всю историю не предавали ни директорию, ни консула?

— Не дура, понимаю, — буркнула Велинэ.

— Вот и хорошо, — кивнул Квинт.

— А как получилось, что вы в Игре, несмотря на запрет ее для консулов?

— Безопасность Игры. Тем более, что я и не в Игре. В Игре я совсем иначе выглядел… давным-давно, когда еще можно было.

— А как? — вырвалось против воли у Велинэ, самой удивившейся своему нахальству.

Квинт усмехнулся.

— Ну, что ж, строго говоря, ничто не запрещает мне это показать.

Консул коснулся своей короны и через мгновение на его месте сидел двух-с-лишним метровый огненно-рыжий здоровый варвар лет двадцати-двадцати пяти, в шкурах, лисьих, судя по цвету, меховых онучах с берестяной подошвой, с татуировкой на поллица. А также с вылезающими из под одежды бицепсами шириной с бедро Велинэ, и довольной широкой бородатой красной рожей.

— Ну, и как? — спросил он.

В этот момент Тара принесла заказанное пиво. Рыжий варвар, язык не поворачивался назвать ЭТО консулом, осторожно взял двухлитровую кружку и знаком отправил Тару обратно, что она, переглянувшись с Велинэ, и сделала. Затем варвар поднес кружку к губам, и затяжным медленным почти чувственным глотком высосал ее до дна.

— Хорошо! — сказал он, наконец, оторвавшись от напитка и отставив в сторону пустую посуду, — Ашеронское янтарное всегда было моим любимым сортом. К сожалению, в реальности его приготовить невозможно. Этот запах дикой земляники только в Игре хорош, в реальности получается полная бурда. А тут, просто волшебное удовольствие. Сто лет не пил.

Он еще раз приложился уже к следующей кружке, а затем с наслаждением расслабленно закрыл глаза.

— Между прочим, не шучу, — добавил он, не открывая глаз.