«Когда народ увидел, что Моисей долго не сходит с горы, то собрался к Аарону и сказал ему: встань и сделай нам бога , который бы шел перед нами, ибо с этим человеком , с Моисеем, который вывел нас из земли Египетской, не знаем, что сделалось» (Исх.32:1) (выделено автором).
Израиль испугался не того, что перестал видеть Бога, а того, что перестал видеть Моисея! Мне трудно привести аналогию данной ситуации из современной повседневности. Даже детские воспоминания о смерти Генерального секретаря ЦК КПСС «дорогого Леонида Ильича», после которой, утром 10 ноября 1982 года, последовали не только тревожный и пугающий не то рёв, не то стон всех фабричных и заводских сирен по всей стране, но и не менее пугающие перешёптывания «теперь точно войны не избежать», даже истории об убийственной давке в Москве на похоронах «вождя и отца народов» Иосифа Виссарионовича и последовавшей после его смерти напряжённости простых людей, потерявших видимый символ стабильности, защиты и уверенности в будущем, даже эти истории не смогут передать состояния Израиля после смерти Моисея. Это было страшно. Это было состояние перед шагом в темноту. Это была потеря больше чем лидера.
В истории с золотым тельцом Моисей отсутствовал сорок дней и не было никаких достоверных фактов о его смерти или других обстоятельствах, дающих Израилю основание считать, что он больше не вернётся. Более того, более семидесяти человек, из числа наиболее авторитетных и уважаемых, преспокойно «видели Бога, и ели и пили» (Исх.24:11), а значит могли подтвердить Израилю, что общение с Богом не является убийственным, а значит с Моисеем всё в порядке, но… На примере этой истории мы можем сделать вывод, что одни лишь сомнения, причём сомнения не имевшие достаточных оснований, одни лишь сомнения в том, что Моисей жив, вызвали в Израиле полное смятение чувств и веры. Такое смятение, что срочно потребовался золотой телец. Другой «лидер», вместо прежнего, с которым «не знаем, что сделалось». А чего же можно было бы ожидать от Израиля, у которого не осталось ни тени сомнения в том, что Моисей мёртв? И его смерть подтверждена и засвидетельствована не одним лишь местным патологоанатомом, но и Самим Богом: «Моисей, раб Мой, умер» (Иис. Нав.1:2). Всё. Его нет и не будет. И золотой телец уже ничего не исправит. Он «помогал» лишь от неизвестности. А здесь – всё ясно и известно. Моисей умер.
Что теперь делать? И как быть? И тут как раз и появляется наше «итак». Другие переводы Библии используют в этом месте слово «теперь». «Теперь встань», как перевод Давида Йосифона или Ольмана, или же «теперь ты», как перевод Всемирного Библейского переводческого центра. Но все эти варианты переводов сохраняют главную мысль Божьего обращения к Иисусу Навину: (какую?) «Теперь действуй ты, Иисус Навин, потому что Я даю Израилю эту землю. Я. Даю».
Что это может дать нам, живущим здесь и сейчас? Пожалуй, самый важный урок из этих двух стихов, тот, что исполнение Божьих обетований зависит не от лидера, каким бы значительным он не был. Ушёл ли лидер в отпуск, заболел ли, переехал в другую страну, или умер, Божье обетование от этого никак не пострадает. Если Бог сказал – Он сделает. Если Он сказал, что Его Церковь не одолеют врата ада – не сомневайтесь, так оно и будет. Если Он сказал «не оставлю тебя» – так оно и будет. Если Он обещал молоко и мёд – так оно и будет.
А что же делать и как относиться к тем случаям, когда с уходом лидера угасает или рушится всё служение? Мне довелось видеть большое и красивое здание церкви в одном из среднеазиатских городков с заросшим бурьяном газоном и завитыми хмелем и паутиной воротами, с заколоченными досками окнами. Что случилось? Уехал пастор-миссионер. В благополучной Европе, если верить новостям, пустующие храмы – нередкое явление. Я сталкивался с ситуациями, когда после внезапного отъезда пастора-миссионера распадалась не одна община, которую они вёли. Я сам проработал некоторое время в Миссии, которая на сегодня перестала существовать, получил первое духовное образование в замечательной школе, с которой по-прежнему связано немало хороших воспоминаний, но которой больше нет. Как относиться к таким случаям? Бог не смог выполнить Своё обещание? Или же все эти проекты были не более чем человеческими делами?
Бывает и так, что наше служение – оно наше. Моя церковь – моя. Моя школа – моя. В том значении, что делаю это я самовольно. Но неправильно будет объявлять каждый такой случай результатом отсутствия Божьей воли, Божьего благословения, Божьего обетования. Иначе придётся вступить в серьёзный спор с Писанием, согласно которому Моисей, без сомнений, Божий избранник, но он и сам не вошёл в землю, где молоко и мёд, и народ туда не ввёл. Просто эту задачу должен был выполнить другой. Задачей Моисея было вывести Израиля из Египта, провести через пустыню и привести к Иордану, за которым земля обетованная. И эту задачу он выполнил. Задачей Библейской школы, в которой учились я, моя жена, сотни других студентов была подготовка именно тех студентов, которые в ней отучились. И эту задачу школа выполнила. Задачей закрытой на сегодня Миссии было оказание помощи сотрудничавшим с этой Миссией церквям на том отрезке времени. И эту задачу она выполнила. Пустующие здания – свидетельства того, что пришло время выйти на сцену Иисусу Навину, а Моисею пора на покой. Пришло время искать Бога в своей жизни, а не любоваться Его делами в жизни и служении внезапно уехавшего миссионера. «Моисей, раб Мой, Мой служитель, человек, исполнявший и исполнивший Мою волю, умер? Не бойся, будь твёрд и мужествен, поскольку Я, Я даю вам землю, где молоко и мёд, Я. Моисей умер? Теперь ты вставай и начинай воплощать в жизнь Мои обетования».
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу