Array Warrax - Princeps Omnium

Лилит [71] Наиболее вероятным прототипом Лилит является месопотамская демоница Лилиту (Ардат Лили). напоминает характером Люцифера. В более позднее время ее стали интерпретировать как первую жену Адама, созданную одновременно с ним. Отказавшись потакать амбициям первого человека, она послала его подальше… и стала демоницей.

Последователи Yatukan были de facto первыми организованными сатанистами этой планеты, теми, кто не просто следовал Пути Тьмы, но и противопоставил себя «белосветникам» с их лицемерием. У них даже существовала своя "Черная Месса", восславляющая Аримана (Ангро-Манью) и представлявшая из себя ритуал, противоположный по форме и содержанию зороастрийской церемонии посвящения Вар Nirang (вопрос Черных Месс будет подробно рассмотрен впоследствии). Именно от Ятукана ведут свои корни магические практики Йезидов, окончательно сформулированные в небезызвестных Черной Книге ("Mishaf Resh", Master Hasan Basri, 734 А.D.) и Книге Теней (или Книге Проявлений, "Kitab al Gilwah", Шейх Ady ibn Musafir el-Hakkari, 1075–1162 А.D.).

Ветхозаветный бог сам по себе пугало, поэтому иудаизм не особо нуждался в специальных кошмариках. Яхве (יהוה) в изначальном иудаизме как в истинно монотеистической религии един [72] Яхве, по-видимому, изначально был родовым, племенным богом, сородичем (в древности были имена Ахия — "брат — Яхве", Авияху — "отец — Яхве" и т. п.). Постепенно культ Яхве перерос в национальную религию, а представление о кровном родстве c богом, типичное для язычников, переросло в идею «завета» между Яхве и Израилем (см. Второзак. 4:23 и далее). Интересно, что изначально «завет» не требовал признания Яхве единственным существующим, общемировым богом, а только единственным богом Израиля, точно так же, как Кемош был богом моавитян, Милком — аммонитян и т. п. (естественно, что служители Яхве утверждали, что он могущественнее богов соседей). Так, в Книге Судей вождь израильтян Исафай обращается к царю аммонитян: "Не владеешь ли ты тем, что дал Кемош, бог твой? И мы владеем всем тем, что дал нам в наследие Яхве, бог наш" (Судей 11:24 и след.) (прим. — в синодальном переводе транскрибировано «Хамос», а имя Яхве заменено на "Господь Бог"). и объемлет собой без разделения все добро и зло. Он ревнив, свиреп, неумолим и часто несправедлив. Классический пример — Книга Иова, где праведник становится жертвой пари, причем бессмысленного — всезнающий бог должен был знать все наперед. Поведение Яхве и его защитников в Книге Иова настолько бросается в глаза, что еще в древности известный талмудический авторитет Иохаан огорченно заметил: "Если бы такое не стояло в Библии, не следовало бы это говорить, ибо бог представлен как человек, который дал себя провести другому" (Бава-Батра, 16а). Причем Иов последовательно и логично разбивает доводы всех оппонентов, [73] Рекомендуем читать не синодальный перевод, содержащий множество ошибок и исправлений, а академический: М.И. Рижский, "Книга Иова. Из истории Библейского текста", Новосибирск, Наука, 1991, 248 стр. но тогда появляется Яхве в роли deus ex machina, произносит самовосхваляющую речь, и Иов говорит свое "отрекаюсь и раскаиваюсь". Обратите внимание на последние проблески разума в болоте слепой веры: иудеи еще осмеливаются роптать на бога "по мелочам", хотя и полностью подчиняются его велениям.

Кары Яхве редко пропорциональны размерам совершенных преступлений и почти всегда несут месть чудовищную, слепую, бестолковую, поражая без разбора виноватых и невинных, людей и животных, взрослых и детей. Законом кары божьей по Ветхому Завету является месть невинным за поступки их предков либо просто за то, что они оказались не в то время не в том месте. Этот бог опутал свой народ мелкой сетью таких подробных предписаний, что вся жизнь евреев обратилась в непрестанный страх оступиться в грех и погубить тем не только себя, но, по круговой поруке, и семью свою, и потомство, и род, а иногда — весь народ. Достаточно сказать, что иудейский закон состоит из 613 правил (248 предписывающих заповедей и 365 запрещающих).

Те, кто не желает жить в религии страха, ему ненавистны: они — язычники, с ними Израиль должен беспощадно воевать, истребляя мечом населения покоренных городов. А боги этих ненавистных израильтянам народов представляют собой еще прототипы (точнее, дополнения к уже дано существующему архетипу) позднеиудейского и христианского Сатаны.