В последующие за октябрьским переворотом годы духовные писания Толстого, нужные как воздух духовно нищему обществу, были заключены в темницу — так называемую "стальную комнату” в Щукинском доме (ныне здание Академии художеств на Кропоткинской улице). Доступ к ним был разрешен немногим. Остальным: «Только через мой труп», — заявила, как известно, просвещающая массы соратница вождя отступившего от истинной веры народа.
Как прежде, так и теперь, печатаются и восхваляются художественные шедевры «великого писателя земли русской» (Толстой шутил: «Почему не воды?»). То же, что Толстой совершил как главное деяние своей жизни — возрождение религиозной мысли Христа, — отвергается и осмеивается. Главарь атеизма называет философию Толстого «утонченной поповщиной». Бывший марксист Бердяев, впавший в православие, винит учителя непротивления злу насилием, убеждавшего приходивших к немурабочих не совершать революции: «Хуже будет. Придет к власти какой-нибудь адвокатишка” (предугадал Ульянова-Ленина), — в том, что он “оказался источником всей философии русской революции», и что «нео6ходимо освободиться от Толстого, как от нравственного учителя».
Полностью Толстого стали печатать лишь после смерти главного идеолога насилия и лишь благодаря упорству людей, признающих величие религиозной мысли Толстого и таких его единомышленников, как Владимир Григорьевич Чертков и Николай Николаевич Гусев. Несмотря на принятое в 1924 г. Совнаркомом решение об издании всех без исключения сочинений Толстого, в том числе религиозно-философских трактатов, дневников и писем, издание это затянулось на десятки лет и закончилось лишь в конце пятидесятых годов. Так, главнейшие труды Толстого увидели свет не только спустя много лет после их создания, но и по сей день остаются недоступными оттого, что тираж многих из них не превышает пяти тысяч экземпляров. Кроме того, оказавшись в фондах библиотек, они сознательно списывались и уничтожались. Благодаря замалчиванию и преднамеренному сокрытию, Толстой — мыслитель, мудрец, учитель жизни остается почти неизвестным России и миру. «Толстовский листок» имеет целью вернуть жизни то, что намеренно скрывалось и скрывается.
"Толстовский листок” должен был бы открыться "Исповедью” — первым религиозно-философским творением Толстого, с которого художник Толстой прео6ражается в Толстого — религиозного мыслителя (истинная деятельность не может начаться без исповеди), но составитель взял на себя смелость выдвинуть вперед те писания Толстого, которые могли бы сразу войти в каждый дом и стать домашним чтением в каждой семье: «Краткое изложение Евангелия», "Учение Христа, изложенное для детей” [1], и особенно «Христианское учение» [2]— то «возвещение о благе» (толстовский перевод слава «евангелие»), от которого поведет свое начало новое благое человечество.
Сейчас со всех сторон можно слышать о нео6ходимости «духовного возрождения России». Говорят: «Программа духовного возрождения необъятна». Но мало кто вспоминает Толстого. И вовсе не говорят о Толстом, как надо о нем говорить: как о великом духовном учителе России, как о последнем на сегодня, ближайшем" нам по времени великом духовном учителе человечества.
Еще предстоит понять, что никакого духовного возрождения России и человечества не будет, пока отторгнут от жизни и не осознан совершенный Толстым во благо людей труд уяснения и разъяснения вечных, не отмененных ни «прогрессом», ни «цивилизацией» божественных истин. Соединение людей в братскую семью человечества возможно лишь на пути того христианства, которое началось со спасения Учения Иисуса Христа, совершенного Львом Толстым.
1991 г.
К ИЗДАНИЮ «ТОЛСТОВСКИМ ЛИСТКОМ»
«СОЕДИНЕНИЯ И ПЕРЕВОДА ЧЕТЫРЕХ ЕВАНГЕЛИЙ» Л.Н. ТОЛСТОГО
Исследовательский труд Толстого «Соединение и перевод четырех Евангелий» печатается в сжатии, произведенном составителем «Толстовского листка».
Составителем исключены:
1) греческий текст Евангелия, приводимый Толстым впереди канонического (церковного) перевода и своего перевода Евангелия;
2) канонический (церковный) перевод, приводимый Толстым параллельно своему переводу;
3) большинство отступлений в виде упоминания или разбора Толстым точек зрения 6огословов и историков религий;
4) большинство филологических обоснований Толстым тех или иных слов и понятий в своем переводе.
Имена евангелистов, номера глав и стихов канонического текста поставлены составителем в скобки впереди соответствующего им перевода Толстого.
Читать дальше