Вечное не разбросано по частям света, а потому нет разницы, где пребывает твое тело. Что ты вознамерился найти на дне морском, то нырнуло к нему вместе с тобою. Не в месте дело, но в том, что это место вокруг тебя создало и какую роль вынуждает тебя играть. Коли выяснишь ты ответ на главный жизненный вопрос – как преумножить свет твоей жемчужины – тогда и скрепится твоя миссия с замыслом божьим. Из под вечного только вечное выходит, а что тускнеет в веках, тому нет места в сердце божьего дитя.
Получение мирского признания – скоропостижно почившая цель. Из какого заблуждения рождено сие стремление? Твоя природа равноценна большему из возможного, величие твое и без того оценено в вечности. Так чьего же признания ты хочешь, пребывая Началом в Нетленном Истоке? Горесть от сомнений выбранного пути ведет тебя к жажде быть признанным, но доколе ты будешь сомневаться – признания истинного не видать. Не то признание, что пришло извне, твоя цель. Такою целью негодно устилать дорогу существу из Света и Любви. Признание, что проистекает из самого сердца твоего существа – вот Великая Цель. Там, в этом оазисе – и начало, и завершение пути, там и исцеление любого ложного целеполагания.
Каким мерилом ты к себе подходишь, ставя на пьедестал перед собою чужое мнение? А ежели мнений будет квадриллион, что во Вселенной вполне естественно, как ты выберешь истинное? Нет двух одинаковых в царстве бесконечного, а потому не обречен ли ты на вечное угождение многообразию? В погоне за признанием есть ловушка – поверить, что ты без чужого одобрения не достоин и самого бытия, а засим это одобрение получить любой ценою.
Не людского одобрения ты ищешь, а Небесного, что для тебя важнее всякого земного поклонения. Но как Небесного одобрения сыскать, оглядываясь лишь на разность форм и бесчисленность мнений? Не такой задумкой управляемы Небеса. Лишь то, что в тебе самом в избытке, будет отраженным в видимом тобою мире. Потому признания извне не получить, будто оно от самого Господа, которого ты из себя извлек и вовне поместил. Покуда молчаливое признание своего величественного присутствия в мире ты не постигнешь, как азов самых первичных, кто будет готов это признание тебе даровать?
Самомнение здесь не в счет, ибо истинное признание – не есть признание заслуг. Ты натворил и натворишь с божьей помощью столько, что в век не сосчитать. Весы, коими ты себя меряешь, важны лишь для тебя самого. То признание, что в молчании благоговейном свершается в единстве с Самим Источником, может стать началом твоего понимания сокровенности твоего существа, а вместе с тобою и каждого другого, миром сотворенным.
Изгнание, что ты совершаешь с собою день ото дня, есть в действительности поиск этого немого принятия, коего ты жаждешь с первых минут отлучения от Царствия Божьего. Но изгнания не свершалось. Ты веришь в него, поскольку излишне очарован театром форм. Высшее Признание, акт растворения в родительских объятиях твоего Источника, ты не терял и потерять не в состоянии. Оно неотрывно от самых недр твоих и тобою всецело способно быть прожито, позволь ты хоть на мгновенье забыть про себя, про свое место в мире и про сам мир.
Какая радость доступна тебе и как долго ты к ней идешь, веря, будто путь представлен во времени и пространстве. Та дорожка не измерима аршином и не скована часами. Что внутрь тебя самим мирозданием вложено, то превосходит всякие мирские измерения. Вечность – твой Отчий дом, бесконечность – твое тело, всепроявленность – твоя суть. Каким должен быть одобряющий тебя, чтобы оценить непостижимость твоей природы? Разве что тот, кто во всем тебе подобен. Ищи того, кто помнит о своем истинном происхождении и в молчании благом увидь его царственное принятие, словно в отражение смотрящее в тебя. Там, меж двух таких отражений Я всецело присутствую. А кто со Мною, тот от меня не отделен.
Тотальность – вот твой якорь. Исходит это чувство оттуда, где берега не видны, где воды не ощущаются. А крайняя степень концентрации вкупе с чистым и молчаливым взглядом – вот крылья твои. На них ты полетишь туда, где земными мерками не измерить пространство. Якорь и крылья совместимы, когда внутри обретена почва, а снаружи разорваны путы. Рабство, в которое тебя поместил ум, уничтожается глотком безмыслия. А с ним нет ничего, что было бы тебе неподвластно.
Я всегда хотел передать тебе только эту простую Истину. Ужели ты думаешь, что дорога к Источнику сложна и извилиста? Плох тот Отец, что заставляет свое дитя блуждать впотьмах, лишь изредка давая подсказки. Открой глаза и ты увидишь – где дитя божье, там и божья обитель. Сомнение в себе – уловка ума. С сомнением в райскую обитель не войти. Исход же случается тогда, когда любовь заполняет твою голову, беря на себя «бремя власти» над тобою, которым тяготится ум. С любовью же нет преград в твоем восприятии. Потому сколько бы ни искал ты мыслью – найдешь лишь мысль. А когда сердцем будешь вопрошать – мгновенно все ответы и откроются.
Читать дальше