Как возникла Библия

Как Ветхий, так и Новый Завет были, таким образом, написаны «пророками», «человеками Божьми», и поэтому в равной степени авторитетны. Мы видим, что весь Новый Завет утверждает о своей инспирированности и наделенности божественным авторитетом. Для подтверждения мы также рассмотрим характерные утверждения евангелистов (как Map. 1,1; Лук. 1,1-4; Иоан. 20,31; 21,24) и ап. Павла, сделанные им в различных посланиях (Рим. 1,1-3; 16,26; 2 Кор. 10-13; Гал. 1 и 2; Кол. 1,23-26; 4,16; 1 Фес. 2,13; 5,27; 2 Фес. 3,14; 2 Тим. 1,13; 4,1-2). Подобными признаками обладают и соборные послания (напр. Иак. 1,1; 1 Пет. 1,1; 5,1.12; 2 Пет. 3,1-2; 1 Иоан. 1,1-5; 4,1-6; 5,13; Иуд. 3).

Можно привести множество доводов в подтверждение инспирированности Библии, но в конечном счете это можно сравнить с доказательством существования Солнца. Самое лучшее доказательство существования Солнца — это самому ощутить его тепло и свет. Так же обстоит дело и с инспирацией: в конечном счете лучшее ее доказательство — это испытать ее в своей жизни! В этом отношении мы можем выделить четыре основных проявления инспирации:

1. Моральная сила и авторитет Библии. В гл. 5 мы в качестве признаков принадлежности Писания к канону называли его божественный авторитет и обновляющую жизнь силу. Теперь мы видим, как священная Книга обретает эти свойства: они являются следствиями божественной инспирации! Подобно тому как Христос учил, как «власть имеющий», и Библия подкрепляет свои наставления повторяющимися словами «так говорит Господь». Если мы даем Библии возможность говорить с полным авторитетом, то ее голос становится подобным голосу рыкающего льва; но «авторитет» льва становится осязаемым лишь тогда, когда мы встречаем его на свободе. Учение Библии надо не защищать, а проповедовать. В конце концов человек, желающий быть «ведомым Библией», должен быть убежден в говоримом ею не разумом, а душой и сердцем, а это уже дело Святого Духа (1 Кор. 2,13-14; 2 Пет. 1,19-21). Паскаль как-то сказал: «Для того, кто хочет видеть, света всегда достаточно» (ср. Иоан. 7,17; Откр. 22,17). Свет Слова Божьего засиял уже в тысячах сердец (2 Кор. 4,1-6), и людям следует испытать на себеобновляющую силу этого слова.

2. Единство Библии. Теперь, зная тайну инспирации, мы можем лучше понять причины совершенной уникальности Библии, о которых мы уже говорили в гл. 1.

Говоря это, мы имеем в виду прежде всего уникальность историии написания и единства Библии: кто или что создало эту уникальное единство 66 книг, написанных в течение 1500 лет более чем сорока авторами на трех языках, в которых освещаются сотни тем, но красной нитью проходит одна — Иисус Христос? Эту книгу создал не человек и не группа особо одаренных людей: священные книги просто добавлялись после их написания в растущую коллекцию, потому что признавались читателями богодухновенными. Это собрание книг демонстрирует замечательный «план», о существовании которого до или во время создания Библии не знал ни один человек. Таким образом, источник этого плана должен был находиться вне сознания авторов писаний и быть сверхъестественным. Следовательно, единство Писания должно было определяться Тем, Кого оно само называет своим создателем: Богом!

3. Признание Библии. В гл. 1 мы уже говорили об удивительной актуальности, гигантском распространении, абсолютно надежном механизме передачи и жизнестойкости Библии. Теперь мы знаем ее тайну: миллионы людей во все времена принимали ее как инспирированное Богом Слово. С самых первых дней своего существования Церковь Христова давала и дает убедительные свидетельства об этой инспирации. Уже первые отцы Церкви рассматривали Новый Завет как «Писание», ссылаясь на него точно так же, как апостолы — на Ветхий Завет.

Учение об инспирации — не изобретение нескольких отставших от прогресса представителей слепого ортодоксизма: с первых времен до сего дня не прерывается поток из миллионов людей, принявших сердцем абсолютную, полную богодухновенность Писания.

4. Историческая и научная достоверность Библии. Выше мы коротко обсудили мнимые ошибки и противоречия Библии и показали, что большинство из них очень легко объяснимы. Если теперь еще и остаются некоторые проблемы, не поддающиеся (быстрому) решению, то можно себе представить, сколько тысяч ошибок исторического, космологического и биологического характера, сколько заблуждений, ошибок и плодов безудержной фантазии должны были бы содержать 31 173 стиха Библии, не будь они инспирированны Богом. Сравним с ними мифы египтян (не оказавших никакого влияния на Моисея!), халдеев (не сумевших совратить Даниила!) и греков (не запутавших Павла!), подумаем, далее, о научных несуразностях, встречающихся у индусов, у Гомера, у Аристотеля и даже у Августина и Амвросия — прежде всего там, где они рассуждают о физическом, материальном мире. Библия говорит о природе, о свете и атмосфере, о морях и горах, и все это (хотя и сформулированно на ненаучном языке) соответствует действительности! Библия говорит о тысячах мест и событий, но ни одна археологическая находка не опровергла эти библейские сведения. Насмешки критиков улетучились, как дым, когда археологи открыли, что искусство письма возникло еще во времена Авраама, когда подтвердились история и хронология царей Израиля и были найдены доказательства существования вавилонского царя Валтасара и древнего народа хеттов.