У любви есть лицо

Танец во время шторма

У нас есть здесь свой штормовой сезон. Но никто не будет практиковать танец во время шторма без шторма, в котором можно танцевать.

Как я уже упоминала, один из наших ключевых лидеров начал борьбу против рака, а я уехала на месяц, чтобы вылечиться от мистического заболевания. В это время войска в Уганде и Южном Судане объявили войну Армии сопротивления Господа (АСГ). Ничто как международный конфликт у тебя за спиной не делает твою жизнь столь интересной.

Восставшие были на нашей территории одно время и по улицам Йей ходили новости, что предпринимается атака на город. Атмосфера стала тяжелой и плотной до ощущения. Стресс как суфле окутал всех.

Как оказалось, однако, это были лишь слухи и даже если бы они попытались атаковать город, это было бы самоубийство. В какой‑то момент они были на расстоянии десятка километров. Многие дороги перестали функционировать, от чего местные цены просто взлетели. Упаковка сахара стала стоить почти сто долларов. Нет, это не опечатка.

Уровень угрозы вне города поднялась до третьего уровня, что значит, что если ты работаешь в ООН, тебе можно выходить только с сопровождением вооруженного эскорта. Уровень четыре значит, что надо спасаться. Мы не являемся объектом защиты ООН, хотя в молитвах мы просили об этом. Мне приходиться путешествовать с вооруженной охраной всё время, хотя они всегда невидимы.

Это беспокойное время во всех отношениях. Когда ветер этого шторма крепчает, я вспоминаю Иисуса, спящего в лодке посреди шторма в Галилейском море и то, как Он повелел шторму утихнуть. Он утихомирил шторм, потому что внутри у Него была реальность мира и покоя. Через Него мы тоже имеем власть утихомиривать штормы. «Почему бы не поучиться танцевать с Ним посреди шторма?» — я так подумала. Итак, этот маленьких глиняный сосуд начал учиться танцевать на волнах со своим Царём. Я стала понимать, что как только я отвожу свои глаза от Него даже на секунду, я начинаю тонуть и захлёбываться в шквале, окружающем меня. Но когда мой взгляд устремлён на Него, нарастающие волны только поднимают меня выше и глубже в Его сердце.

Посреди этого конфликта с АСГ, мы загрузились в нашу машину одним утром, чтобы отправиться на десять километров из города. Джон и Ноел, пастора одних из наших новых церквей, были нашими проводниками до их родной местности Паява. Двое детишек, которых мы обеспечивали там, стали чувствовать себя очень плохо и в деревне не знали что делать. Мы также планировали провести служение исцеления. В заде машины сидела команда служения, которая включала семеро детей, у которых были каникулы в школе. Они провели ночь в молитве, перед тем как молиться за глухих и слепых. Они были готовы ко всему, что Господь даст нам.

Некоторые могли бы назвать эту поездку безумием, но мы следовали тому, что мы видели делал Иисус. Мы собирались потанцевать во время шторма с Ним. У нас жизнь приключения любви.

Мы ехали наверное около часа и в это время я слушала рассказы Ноела об этой земле. Он рассказывал о племенах, которые ещё никогда не слышали евангелие, живущих в гористой местности. Мы обсуждали возможность поездки по этим местам в эту недостигнутую область. Мой сердце изнывало – как же я хочу этого! Я не могу расцвести, оставаясь только в пределах нашего лагеря. Но это будет другое приключение в другой день, которое Бог уже запланировал.

Наш грузовик прибыл в Паяву и пристроился у дороги возле основания горы. Глава области уже ждал нас с распростёртыми объятиями и сердцем. Наша компания следовала за ним уже на своих ногах ещё с полкилометра дальше. Дорога осталась далеко позади, пока мы пробирались через высоченную траву и кустарники и неожиданно вышли к скоплению грязе–домиков.

Вождь приветствовал нас и даже специально запланировал встречу с нами. Это было первый раз, когда кавайя пришли сюда, чтобы помочь двум умирающим деткам.

Эти двое мальчиков двойняшек действительно были в ужасной форме. Каждый удар их маленьких сердечек можно было видеть на фоне их впавшей груди. Огромные впавшие глазки отражали впечатление плохого будущего. Они умирали. Моё сердце упало куда‑то в область живота. Беспокойство о том, что мамы в деревне не придерживались правильного ухода, было подтверждено. Всё оказалось хуже, чем я думала.

Как же началось общение в Паяве? С урока правильного питания детям.

Я собрала всех мам. Они не были родственниками этих двойняшек; они были просто добрыми, но невежественными сельчанками, которые хотели помочь. Венцы, ожидающие их на небесах, многих повергнут в стыд!