Андрей Бутрин - Ru.Teens

–Непременно согласен. ЕГЭ сьедает всё моё свободное время. Золотой год пропадает в пустую. Всё время тратиться на какие-то одноразовые примеры и дибильные задания.

–Ну не совсем в пустую. Мы же с тобой сидим, общаемся. Значит, что-то происходит помимо учёбы.

–Мне кажется, ты напилась, Элен.

–Тебе только кажется…

Мы морали лёгкие, выкуривая сигарету за сигаретой. Элен курила наравне. Я поражался её стойкости – выпить пол бутылки «Мартини» и поддерживать диалог, не сводя его до низкого однообразия. И как я раньше с ней так не сошёлся, и почему давно ещё не позвал к себе? Она чертовски хороша. Особенно в моей шубе.

Мы обсуждали одноклассников и учителей. Говорили обо всём, что происходит в городе. Без устали и оглядки на время. Стоп произошёл, когда в пачке осталось 2 сигареты.

-Тебе и мне по последней, – сказал я. -Выкурим их так, словно это лучшие сигареты в нашей жизни…

–Да…

Я выпустил одинокое колечко.

–Слушай, у меня давно в голове крутилось, – что такое цыганский поцелуй? – спросил я для поддержания диалога.

–Хочешь покажу? – кокетливо посмотрела на меня Элен.

–Давай, – безропотно ответил я и закрыл глаза.

Она затянулась и поднесла свои губы в двух миллиметрах от соприкосновения, и распахнула дым в меня. Я взял полностью, чувствовался вкус малины, наверно, это её жевачка, и нежно выбросил его в окно.

–Мне так понравилось, – необузданно прошептал я. -Можно ещё?

Она молча припала к мои губам и вместе с дымом подарила глубокий призрачный поцелуй. Я не удержался и целовал её сильнее и сильнее. Она этого хотел. Я этого хотел?

Когда её руки оказались на моей шее, а мои на её груди, я резко оттолкнул её от себя и возразил: ”Элен, я так не могу! Я же с садика тебя знаю. Ты мне как сестра. Это неправильно!”

Она обозлённо швырнула в меня бутылку, скинула шубу и вышла с балкона.

-Ну прости меня, Элен! Меня, правда, совесть мучает. Я говорю, что чувствую. Ты мне симпатична, как девушка, очень даже, но я тебя столько лет знаю и не могу так просто это…

–Юность простит, а я пошла. Развлекайся сам с собой. Приятно оставаться, братец.

Она открыла все двери, швырнула ключи на плитку и исчезла в лифте. Мой самый страшный прогноз сбылся – я ей нравлюсь. Или нравился… Уже. За ней всегда бегали толпами парни, а тут я её отшил. После такого она будет со мной, вообще, разговаривать? Нахуй я вообще сюда припёрся? Нахер я пил?!?!?!?!?!?!

Я ударил себя от злости 3 раза подряд в челюсть. Не вырубился. Шлифану-ка я свою неуместную безрассудность ”Арманьяком”. Я выпил подряд 3 стопки. Меня закочевряжило. Я одел на себя шубу, взял с балкона бутылку с пролившимися остатками и пошёл в ночь с громкой музыкой до дома. "Эту ночь надо забыть", – вторил я себе. Надо же случится такому неждану в конце рабочей недели…

С утра бабуля донимала меня назойливыми расспросами: "С кого ты шубу снял, внучок, блять?" Я еле отошедший объяснил ей, что взял её с Журбы, мол мама попросила принести. Бабуля сказала мне в ответ: ”Саша, не глупи! Мама твоя меня бы попросила, я знаю. Не дури! Верни обратно шубу. Не заставляй меня материться, блять!”

Только к 5 вечера я пошёл её относить обратно (похмелье). И то не просто так. Я одел её на себя, а куртку положил в пакет. Бабушка кричала мне в догонку: ”Ты, что ополоумел в женской шубе по улице идти. Засмеют!” Я спускался всё ниже по лестничным этажам и почти уже не слышал, что она там говорит.

На улице я пытался делать вид, будто сам на неё заработал, но люди смотрели на меня с усмешкой. Я плевал им в след и показывал «фак». Мне было плевать по двум причинам: во-первых, я с бодуна, во-вторых, у меня пол лимона на плечах висит. Да, это тот самый цинизм, который я не разделяю, и который переодически овладевает мной.

Я пришёл. Убрал в шкаф шубу и заглянул в ящик, откуда вчера пропало «Мартини». Там лежала в закутке ещё бутылочка шампанского.

-Во все тяжкие?

–Во все тяжкие, – ответил я себе.

Ноябрь истончился. Я провожал его, лёжа на большой кровати, в объятиях с бутылочкой у которой название веселее, чем вся моя жизнь – "Помпадур". В плей-листе заиграла ”Выздоравливай скорей – Mujuice”.

Задумался…

Может не надо было рубить с плеча? Можно же было просто поговорить с Элен. Не было бы проблемы. Бы, бы, бы!!! Опять я пошёл на поводу у своей экспрессии и надоедливой совести. Почему мысли в голове такие чёрные, порочные? А в жизни они воплощаются в поступки, которые вроде бы правильные, но за которые так стыдно потом. Сколько не гонись за пониманием тонких жизненных вещей – всё равно какая-то хуйня произойдёт, которая всё нарушит! И чего хорошего после всего этого ждать от жизни? Ничего. Со всех сторон прижали вплотную. Соседка, мама, друзья, школа. Одно утешает – ФСБ! Жаль, пока только образно и не так сильно как хотелось бы. Может нужно всё отпустить? Просто не обращать внимания на всё то дерьмо, что происходит вокруг? Абстрагироваться. Взять надежду за невидимую руку и поверить в то, что какой-нибудь луч света озарит мое тёмное царство? Надежда… Глупое слово. Если ты сам себе не поможешь, то тебе никто уже не поможет. Что тогда может помочь мне, если я сам давно потерял себя в этих сумасшедших буднях? Не-зна-ю. А город то всё наблюдает за мной. Чем-то мы с ним похожи. Он такой же холодный и одинокий, как я. Или во мне всё-таки есть огонь?