Андрей Бутрин - Ru.Teens

Неожиданно. Такой приятный вкус спелой вишни. Последние два меня удивили. Они провернули профессиональный клинч с моим восприятием. До этого я всегда морщился, а сейчас нет. Такое мягкое опьянение, ровный приход. Даже спиртягой не разит. Вот, что значит настоящий алкоголь! Совсем по-другому заходит. И запах приятный. По груди тепло разливается равномерно. Невероятно. Теперь я понимаю, что испытывают богачи, когда пьют такие напитки. Заслуженное удовольствие. Беднякам этого не понять. Они пьют, чтобы забыться…

Я переделал всё, что можно. Покурил и выпил ещё пару стопочек. Было хорошо внутри, но скучно снаружи. Даже громко играющий трек Эминема "We made you" не так бодрил и оживлял, как пара слов, перекинутая между собой в беседе на тему волнующую вас обоих. Да… Не таким я представлял гордое одиночество на Журбы. Оно какое-то не гордое, а хлипкое и зябкое. Может, позвонить кому? Я посмотрел на часы. Время – восемь с копейками. Надо успевать. Ещё и кое-что сделать.

Я открыл окна на проветривание, чтобы выгнать скопившуюся душноту. Вскрыл своего «Джемесона», отлил в те бутылки из которых пил. Убрал неприметно ирландца под самый пыльный угол кровати. Стёр и остальные следы своего присутствия: поправил коврик, расставил стулья и положил стопки на место, немного косо.

До этого меня каждый раз ругали за то, что я ходил сюда без спроса. Это было видно по тому бардаку, который я после себя оставлял. Щас пролетает самое ценное время, которое я хочу проводить здесь, в этих видах. Приведя всё на свои места, я вывел новую умную мысль – если ты пьёшь, то будь добр и расчёт имей.

Хорошенько опьянелый я брёл достаточно быстро. Меня подгонял «Mujuice – Беги, кролик, беги!». После него я поставил на скачивание альбом "Downshifting". Он скрасит вечерние рисунки жизни, разукрасит в новые разноцветные цвета!

Я остановился возле вывески ”Ремонт ключей”.

–Добрый вечер, сделаете дубликат ключа? – как мне показалось, чётко выговорил я.

–Дай-ка ключ. Я гляну, – мастер громко пробурчал, потирая нос с чёрным пятнышком.

Он просканировал через очки ключ и сказал: "Да, подходящая заготовка у меня есть. Подходи минут через 20, как раз к закрытию".

Я провёл в томительном ожидании указанное время, понимая, что от мамы мне влетит. Забрал ключ и понёсся домой. Открыта. Миновал бесшумно коридор.

Разделся перед дверью и с вещами в руках, нога через ногу, протискивался через мамин чуткий сон к своей кровати. Почти.

-Ты! – голос разъярённо издал вопль. -Я же тебя предупреждала, чтобы ты пришёл вовремя! Что за наплевательское отношение ко мне? Только о себе думаешь, эгоист! Живо ключи на пианино! Хер ты ещё пойдёшь туда, паскуда! – её раздражённый вопль не заканчивался, а только возрастал. -Мне завтра вставать рано! Я итак не высыпаюсь, тут ещё ты! Ну ничего, после школы сам будешь себе деньги зарабатывать. Я тебе ни копейки не дам! Посмотрим, как ты запоёшь, неблагодарный!

–Мам, извини, – робко протараторил я.

–Спи, пиздюк! И запомни: ещё раз придёшь поздно, когда я буду здесь спать – ночевать будешь на кухне! Уяснил?

–Да.

Не люблю, когда на меня повышают голос. Неприятно. Скверно в полости души. Противно и хочется облегчения. Меньше негатива. Лучше совсем убрать его. Без того хорошего мало. Настроиться на позитивную волну. Где только её взять? Когда тонешь…

И я тонул. В учёбе, в нелепых диалогах ни о чём, в сигаретном дыму, в кислом выражении глаз репетиторов, в не склеенных переписках с девочками, в хейтерстве, в недосказанности друзьям, в собственном бессилии найти смысл хоть в чём-то. Плакаться в плечо не хотелось. Оттого, наверно, и плаксивость появилась вместе с жалостью к себе. Говорить о безнадёжности было глупо. Походу, я тупо заебался.

Учёба насиловала меня. Заставляла делать, то что я не хотел. Не имея сосредоточенности на одном определенном предмете, я отвлекался. Часы бежали. Не успевал. Приходилось делать в последний момент. Нервничал.

Совсем быстро я связался с сонливостью, с умственной, а затем и физической усталостью. Дойти до школы уже представлялось мне непосильным трудом, сравнимым с ходьбой с похмелья до магазина, который находится в туманной близости.

В школе я корчился от головной боли, скрывая своё настоящее состояние под улыбкой и нелепыми насмешками. Когда меня тошнило, я бежал в туалет и сразу лицом под холодную воду. Пара быстрых тяжек в окно и я вроде как свой и сам себе принадлежу. Но опять таки не на долго.

Меня мучила бессонница. На утро головные боли били по мозгам. Они протекали по типу мигрени и часто были просто нестерпимы. В этой заёбанности я постоянно повторял себе: «Каждый рутинный день умирает в море ничтожности и бесполезности. Когда-нибудь море высохнет и всё начнётся по-другому…»