Андрей Бутрин - Ru.Teens

–Я тебе говорила, что это Тумановское отродье неисправимо, – вставилась мать. -На одни и те же грабли наступает каждый раз и выводов не делает!

–Ты бы о маме своей подумал, – серьёзно заговорил старик. -Она работает, обеспечивает тебя, а ты этого не ценишь.

–Он своими куриными мозгами никогда этого не поймёт, – ощетинилась мать. -Ему тусовки, гулянки нужны.

–А учится он как? – спросил дед.

–Да сквозь рукава.

–Простите за мой ветер в голове. Я сплошная ошибка. Я исправлюсь…

Эта парочка продолжала убивать меня изнутри своими нравоучениями. От злых эмоций, изливавшихся на меня, я прятался за снежными видами из окна. Город так красив зимой. Так холоден… Нравиться ли ему жевать меня?

Приехали на место. Старшие приказали сидеть в машине. Я остался и смотрел печальными глазами как падает снег. За что такие неприятности?

Они вернулись. В чёрном пакете лежала моя куртка и ботинки. Я схватил его и прижал к себе.

-Телефона в карманах нет. Поздравляю. Новый я тебе не куплю. Заработаешь сам, – задирающее гавкнула она.

–Когда заработаешь сам, тогда и поймёшь цену деньгам, – цинично изложил богач.

Внутри что-то провалилось. Все фото, видео, переписки, секреты… Весь компромат теперь оказался у другого человека. Там же и я голый есть, и множество девочек-однодневочек. Если это попадёт в сеть? Телефона больше нет. Он – это я. Часть моих воспоминаний в мгновение исчезло. Почувстовал себя неполноценным. Невыносимо тяжело. Не принимаемо. В голове сумятица. И сделать ничего нельзя… Тупиково. Невидимая утрата, наносящая видимый отпечаток на социальной душе. Интернет. Не смогу. Уничтожен виртуально. Меня убила зависимость.

Я сидел и молчал, пока словесные язвы летели на меня с передних сидений. Мне было одновременно смешно и грустно. Я знаю, что: «Деньги добываются кровью и потом, Саша» – и они есть у меня, но желание покупать что-либо пропало. Какой ценой я их получил? Из-за них я потерял любимую девушку, обвёл вокруг пальца Ливанова, обманул Макса и Ваню… По-честному я был не заработал тех денег. Максимум 400 рублей на раздаче листочков за 4 часа. Мне было больно. Хотелось уткнуть рты взрослым, но сказать каким путём я заработал их, не мог. Прикроют лавочку или не поверят, подумают, что украл. В данную секунду я бы отдал любую сумму, чтобы сейчас не чувствовать всего этого дерьма, которым наполнилась душа. Без связи, без плеча рядом, без неё. Я ощущал себя в открытую паршиво. Нахождение в пространственном нигде…

Меня, как покалеченного пса, привезли домой. Глаз натужно страдал. Мама напоследок изъяснила: «Теперь ты на домашнем аресте, паскуда. Дотации понижаю до 10 тысяч. Бабушка будет держать тебя на контроле, меня в курсе. Только вякни на неё или не сделай что-нибудь по учёбе – я сразу Юре позвоню. Он тебя в порошок сотрёт. Если я с тобой разговариваю, то он не будет!» Выслушав ультиматум, я скрылся в тёмном подъезде. Ударил кулаком по лифту, чем причинил себе ещё больше физической муки, и пошёл по ступенькам на 7-й этаж. Голова закружилась. Я думал как бы не расплакаться.

Вбежал в квартиру и обнял её: "Бабуля, прости меня, пожалуйста, за все плохие слова, сказанные мной. Я очень люблю тебя. От глупости свой не ведаю, что творю. Обещаю, больше никогда на тебя не обозлюсь". Она погладила меня по спине, я тихомолком выпустил пару сдержанных скупых слёз.

–Прощаю, Сашенька. Мне худо становиться порой от твоих поступков. Сердце заходиться. Береги меня. И себя.

–Берегу… Сберегу. Не волнуйся.

Мы пошли пить чай с мёдом, потом она наложила мне компресс на глаз. Я долго не отпускал её из комнаты. Казалось, она уйдёт, и я останусь совершенно один.

Воскресение я бесцельно проводил за чтением школьной литературы. Прерывался на мысль о том как бы сходить купить новый телефон (пара просмотров в зеркало отговорили) и отвлекался на царапающие воспоминания о Кристине.

Мы так мало повстречались, но я так много для себя драгоценного взял. И до сих пор не отпускал. Наверно, это была настоящая любовь, которую я тупо проебал. И всё из-за денег! Я должен был не зарабатывать больше большего, а тратить все на неё, на друзей. Свободно утверждать: «Эй, бармен, я плачу за всех, выполни всё по высшему разряду. Или. Дорогая, выбирай любое кафе/ресторан/кинотеатр, мы едем в понравившееся тебе место. Вдвоём. Я хочу провести с тобой вечер впечатлений, но никак не складывать ценники в меню!» Вместо этого я ждал, пока за меня заплатит Макс, в то время как Кристина ждала от меня реальных действий, а не откупа мелочными подарками. Я был ослеплён разноцветными бумажками и занимался их умножением, но весёлая улыбка Макса, губы Кристины стоят больше. Они ведь живые, а деньги мёртвые. Они…