Андрей Бутрин - Ru.Teens

Ваня немного поразмыслил и приобнял меня за шею.

–Саня, не тушуйся, я тебе верю.

–Конечно, у меня вся гимназия берет. Бизнесу год!

–Окей-окей, деньги, когда тебе удобно передать?

–Да прямо в тот же день заплатишь, у меня место хранения тут в центре находится.

–По-взрослому.

–А ты думал.

Хлопаем по рукам. Схвачено. Вести дела пьяным, то что я люблю.

-Что ж, парни дела урегулировали, можно и на воздух. Дамы, кто курить? – радостно обращаюсь к компании.

Макс и его собеседница пошли вместе со мной наружу. Ваня остался в духоте, захваченный притяжением алкоголя. 3 тёлки подоспели за нами.

Максим не успел втянуть в себя полностью ароматную смолу, отдающую хересом, как его позвал кто-то их школьных знакомых. В спину я ему кликнул: ”Курил я твой Макентош. Одни понты! Ничем не отличается от Монтаны. Попробуй!” Он очертил в шутку сигаретой в воздухе "Fuck you" и скрылся за громким диалогом.

Девчули не шутя так развязали свои языки. Ища глубоко в недрах сумки пачку, они умудрились завести с фразы: «Какого члена?» – нездоровый диспут касаемо половых принадлежностей Джонни Деппа; переключиться внезапно с актера на своих парней; привлечь внимание стоящих рядом байкеров; сломать каблук; проклясть Валентино Гаравани; и, наконец, прийти к осознанию того, что смысл внешне бесцельной жизни утыкается в "член" и поиск сигарет, оставленных дома на комоде. "Ебена мать, Света. Отбой! Всё похерено и пошкерено. Ни капли утешения, у нас только девичьи наши слёзы остались…" Во избежании истерики, чудовищного эксцесса и появления заголовка в газете: «Пьяных одиннадцатиклассниц изнасиловали в центре. Куда смотрели родители?» – я дал каждой по сигарете и сказал Насте, девочке из ванной, шёпотом на ухо: ”Видишь этих дядек, взади, в 3-х метрах от нас? Видишь? Они непрерывно смотрят на вас, с подозрительной активностью играя в карманный бильярд. Ничего не скажу о вашем поведении. Просто, если вы хотите, чтобы ничего другого кроме дыма не гуляло по вашей ротовой полости, то мой вам совет – идите отсюда поскорей”.

Они ретировались, молча.

Мы остались вдвоём на другом конце улицы. С ней. Моя незнакомка, шатенка с пурпурной помадой, мерно курила «Синий кэмэл». Сильная натура. Она была похожа на героиню Куприна, такую живую и естественную в движениях, особенно, когда поправляла прядку волос. Я даже не обращал внимания на её миниатюрный метр шестьдесят. Глаза. В тени кругов под ними была зашифрована тайная принадлежность к осмысленности и глубокой начитанности их хозяйки. Её красота была своеобразна ещё и потому, что в её чертах проглядывалась неуловимая детскость. Чуть ли не нарисованный носик, на пару миллиметров приподнятый вверх, симметричные брови, словно измеренные природой с точностью линейки, большие мягкие губы, упругие жемчужные щёки и гармоничный взмах ресниц.

Она немного стеснялась, поэтому курила в пол оборота. Я хотел посмотреть ей в глаза…

Неловко было встречаться взглядами. Тишина оборвалась.

-Так, что ты им такое сказал? – обратилась она ко мне, немного дрожа от холода.

–Я? – подыгрывающее посмотрел на неё. -Всего лишь своё наблюдение.

–Неприглядное и отрезвляющее?

–В точку!

В ту же секунду я понял, что хочу с ней диалог на равных. Понять, правда ли в ней есть что-то, что отличает её от своих подруг или она блефует, позёрствуя.

–Вы сейчас, что проходите в школе?

–Из литературы?

–Да.

–«Мастер и Маргарита» Булгакова.

–По сути, Михаил Афанасьевич пересказал Фауста в русских реалиях, предварительно хорошенько вогнав в себя морфия.

–Полно тебе, – она сексуально приподняла бровь. -Темы добра и зла – вечные. Он показал свою интерпретацию и, между прочим, гениально. Наркотики тут не при чём.

–Ладно, отбросим последнее. Уберём всю бесовщину, – швыряю хабарик в сторону. -Оставим голый скелет книги, – зажигаю новую сигарету. -Получаем. Человек поддаётся искушению. Человек готов на всё ради любви. Человек – слаб.

–Не совсем так как ты говоришь. Булгаков пытался описать именно это противостояние. И лишь хотел убедить нас в том, что всё материально зависимо, но потребность души в любви выше этого, она бессмертна и уходит за пределы земных рамок. Она на небе, понимаешь? Любовь – главная сила в жизни.

Один ноль в её пользу.

–Но любви нет, есть лишь влюблённость.

–Ты просто никогда не любил по-настоящему, оттого и вывод твой бессодержателен.

–Я не совсем понял – это откровенность или язвительность? И, чтобы понять это я должен влюбиться не в шлюху? – выпускаю всю свою отъявленную патетичность вместе с дымом.