Елена Шарни - Фэйк

Честно говоря, контингент на той конференции был так себе. Что и сказать, меня там условно определили в «группу прессы», все бы ничего, но кроме меня в той группе был лишь сын какого-то изобретателя суперсустойчивовго к морозам сорта пшеницы, которому было десять. Вот с ним, его папочкой, двумя старичками-издателями и журналисткой из дружественного издания «Поля Луизианы», которая лет на пятнадцать была старше и отличалась внушительным бюстом я и делила столик за обедами и ужинами. А коллега к тому же, видимо, положила глаз на отца юного изобретателя, что стало совсем очевидно, когда я отпустила какую-то шутку по-поводу гибридов и о том, что когда-нибудь растения станут настолько разумными, что смогут захватить мир и отомстить нам за всех сорванных и затоптанных собратьев. Шутка понравилась и изобретателю и дядечкам-издателям, но коллега так на меня посмотрела, как волчица сообщает рычанием «отойди, это моя территория, а то порву!» и как последний аргумент положила на стол свой внушительный бюст.

Мне противопоставить ей было нечего, потому как теперь все за столом смотрели туда. Ну и ладно. Я отпросилась в туалет, но незаметно вытащила со спинки стула свою сумочку и шаль и вышла.

Узнав о вечере сальсы я разоделась, короткое розовое платье, которое по моему мнению единственное в гардеробе подходило под определение «латино», а к нему были лишь босоножки на огромной шпильке и широкой шнуровкой, которая обхватывала мою ногу чуть ли не до самого колена. В таких сальсу не потанцуешь, да если честно музыканты играли просто песни, а еще мне при входе водрузили на шею венок из цветов, как на Гавайях. В-общем, глухо. Я в сопровождении единственной стоящей вещи на этом вечере – коктейля вышла на верхнюю палубу. Она была совсем безлюдной, только широкая река и звезды.

Я залпом допила коктейль и решила, что вечер пока заканчивать. Поставила бокал на парапет и чихнула. Это цветы в венке, видимо какой-то из них не понравился моему носу. Я решительно стащила венок и решила, что как только я выброшу эти «соцветия дружбы», то и жизнь моя наладится.

Я замахнулась, облокотилась на парапет и выбросила их…вместе со своей сумкой.

Да, да, да. Моя любимая сумка, зацепилась за цветок и полетела в воду вместе с венком.

– О, какая трагедия! – Элл прислонила ладошки к щекам – Это та единственная настоящая Gucci в твоем гардеробе с блошиного рынка!

– Н-да – я кашлянула и поковыряла своего «Рембрандта».

– А дальше что? – не вытерпела Саманта.

Как уже сказала Элл, сумка была дорогой…и любимой. Немаловажно, что там было мое удостоверение, кредитки, ключи, i-pod. Мне повезло, что сумка не упала на дно, нет, длинной ручкой она зацепилась за какую-то выступающую штуку и осталась висеть.

Я огляделась в поисках помощи, матросов или кого-то еще, но на палубе никого не было. А если уйти, то я потеряю время, в каждое мгновение сумка могла свалиться. В-общем, коктейль придал мне храбрости. Я поднялась, схватилась за канат. Сверху мне казалось, что до сумки рукой подать, надо только свеситься и я ее достану. Ну вот, на деле оказалось все не так просто, одной рукой я схватилась за канат, а ногами оперлась на закрытый люк. Мне оставалось совсем чуть-чуть, я уже дотянулась до ручки сумки и вцепилась в нее, когда случилось неизбежное…одна из моих шпилек подломилась, и я полетела вниз.

Девчонки вскрикнули.

Не буду лукавить, в тот момент перед моими глазами вся жизнь пронеслась – Огайо, семейные барбекю, бои подушками с Чарли, коржики, первый поцелуй, университет, танцы – все в одно мгновение, ну и в то мгновение, пока я скользила в воду, мою руку перехватила другая. Большая и сильная. Эта рука подтянула меня наверх, а вторая обвилась вокруг талии и буквально втащила на палубу. Я и моя сумка по пути успели перецепится за бортик, поэтому с грохотом упали на палубу, а точнее сверху на своего спасителя.

И это был Рауль де ла Росса. Он спас мне жизнь, а я отдала ему свое сердце. В тот самый момент, когда отдышалась и заглянула в его невероятные карие глаза.

– Вы не ушиблись?

Я покачала головой.

– Спасибо, нет, даже испугаться не успела.

Это тогда не успела. Теперь меня начало трясти и я поежилась. Рауль снял свой белоснежный пиджак и буквально укутал меня в него.

– У тебя, наверное, перехватило дыхание? – Элизабет даже забыла о своем салате.

– О да, конечно – едва дышала – я согласно кивнула.

– Меня зовут Вирджиния. Вирджиния Льюис.